Краски. Шаг в темноту. Часть 4

Ни одного фонаря, ох уж этот крошечный островок девственной природы!

Стараясь шагать аккуратно, чтобы не наступить на ракушки и камушки, предательски ждущие ее нежные пятки, она приблизилась к брюкам мужа, в куче которых затерялись и сброшенные вместе с ними плавки.

– Боже, – простонала Мелани, прикрыв глаза от стыда. – Оливер?

Тишина и темнота были ей ответом.

Вскоре песок стал мокрым, а всплески приблизились. Мелани обернулась и поняла, что беседка с их остатками ужина осталась недосягаемо далеко для глаз, а береговая линия увеличилась едва ли не на сотню футов.

Отлив.

– Оливер! – Прошипела она в темноту. – Где же ты?

– Твой ход, красотка! – Пробасил он где-то слева от нее.

Она повернула голову на голос и ничего не разглядела. Но тут огонек, мерцавший на буйках вдалеке, перекрылся его телом и показался вновь. Ее надежный, но беспечный мужчина где-то тут, рядом. Однако дальше идти в платье было недопустимо, а купальник остался в бунгало. Сгорая от разномастных чувств, Мелани вернулась на берег и скинула одежду на песок.

Со спины раздался едва различимый в шуме мягких волн смешок мужа.

– Я тебе это припомню, – пробурчала она. – Где же ты?

– Иди вперед, я близко.

Женщина пошла на голос, но тут теплые волны лизнули ее пятки. Она вспомнила информацию о ночных медузах и морских ежах и передернулась от эмоций.

– Ну же, смелее! – Подначивал голос.

Глубоко вздохнув, она набралась отваги и шагнула за ним в кромешную темноту.

03

– А почему ты можешь отправлять Алексе сообщения, а я – нет? – Возмутилась вдруг Мелани, заглянув ему через плечо.

Он даже не заметил, как супруга повернулась к нему лицом. Теперь, конечно, уже поздно делать вид, что он задремал на шезлонге.

– Потому что я делаю это осторожно, дозировано и без нарушения границ ее личной жизни, – заявил Оливер, оторвавшись от телефона.

Белый пляжный песок, прилипший к ее щиколоткам и ступням, оттенял свежий загар, нежным бронзовым напылением улегшимся на гладкую кожу нимфы.

Казалось, и не прошли те годы, что им посчастливилось прожить вместе, будто только недавно он повстречал эту девушку, которую сейчас заново изучал, очаровывал, соблазнял. Она совсем не изменилась за четверть века, что он лицезрел ее своими влюбленными глазами.

– У нашей дочери появилась личная жизнь, не верится!

Вздох супруги неизменно вызвал у Оливера смешок. Каждый ее жест выдавал в ней ту самую родную женщину, которая всю его жизнь была ближе нижнего белья.