Французская мелодия

Взгляд обрёл дерзость, губы, сжавшись, не хотели размыкаться. отчего лицо приняло вид угрозы.

– Вы, девушка, в своём уме?

– В своём, – без тени смущения ответила гостья.

– Успокойся, Володя, – вынуждена была прервать диалог Екатерина Алексеевна. – Дай гостье высказаться до конца.

Зная мужа, как никто другой, та понимала – одно слово и его невозможно будет остановить.

– Да о чём тут говорить, Катя!? Бред! Провокация! Да, я помню Женю Вознесенскую, несколько раз выезжала с нами в экспедиции. Но это все!

– Не волнуйтесь вы так, Владимир Николаевич, – предприняла попытку успокоить профессора гостья.

 – Я никоим образом не собираюсь претендовать на роль дочери. К тому же в истории этой вашей вины нет никакой. Мама до последнего держала беременность в секрете, чтобы не поставить под удар вашу карьеру.

– Какая к чёрту карьера!? – взорвался Исаев.

– Владимир, успокойся.

Схватив мужа за руку, Екатерина Алексеевна попыталась призвать того к сдержанности, но глава семейства к тому времени был неуправляем.

– Подожди, Катя!

Плеснув в рюмку коньяка, Владимир Николаевич опрокинул содержимое в рот. После чего глянул на незнакомку так, будто принимал экзамен.

– Вы утверждаете, что, будучи студенткой нашего университета, ваша мама вступила в интимную связь с преподавателем, то бишь, со мной, в результате чего родилась девочка, которую впоследствии назвали Лизой? То есть, вы?

– Володя, веди себя достойно.

Екатерина Алексеевна готова была пойти на крайнюю меру, но терялась какую.

– Как я могу вести себя достойно, – сдерживая рвущийся наружу гнев, процедил, словно выкрикнул Владимир Николаевич. – В дом мой приходит непонятно кто с заявлением, что она моя дочь? Надеюсь, я правильно изложил, ничего не перепутал?

– Ничего, – не моргнув глазом, ответила Лиза

– Владимир, прекрати! – повысив голос, Екатерина Алексеевна, что было сил дёрнула мужа за рукав. – Во-первых, перестань дерзить. Во-вторых, криком не докажешь. Прошло много времени.

Ты мог не знать, что у тебя есть дочь.

– Что?! – крик профессора был похож на рёв раненого медведя. – Какая к чёрту дочь?! Меня только что обвинили в измене. Ты же вместо того, чтобы возмутиться, призываешь к спокойствию.

– Да, призываю. В жизни всякое случается. Радоваться надо, а не вопить.

– Чему радоваться?

– Тому, что у тебя появилась дочь, к тому же приятной наружности.

Взгляды Екатерины Алексеевны и Лизы встретились.