Печаль моя светла

Но уловить, что именно, она никак не могла.

Дойдя до дома Ольги Арнольдовны, Вика внезапно остановилась прямо посередине дорожки. Ольга Арнольдовна выносила на улицу вещи на проветривание, напевая себе под нос какую-то песенку. И тут Вику осенило.

«Вещи, – подумала Вика. – В тот момент, когда я плакала в саду, Ольга Арнольдовна только что приехала, при ней был только один рюкзачок. Я четко это помню. Мы вместе прошли в дом, никаких вещей не заносили. А когда уже пили кофе, я увидела неразобранные сумки у порога».

Почему-то это открытие потрясло Вику, и она продолжала стоять растерянной посреди дорожки. Спутанные мысли беспорядочно мельтешили в ее голове, и Вике приходилось прикладывать усилия, чтобы удержать их в голове и оценить их значение во всем происходящем.

«Странно, конечно, – думала Вика. – Ольга Арнольдовна несколько раз повторила, что только что приехала. Она даже всячески, как бы невзначай, старалась подчеркнуть это. Зачем ей это, интересно? А сумки откуда взялись? Не могла же она их с осени так оставить.

К тому же, для проживания здесь, ей, как минимум, потребуется сменная одежда и продукты. Не в рюкзачке же одном она все это принесла».

Вика почувствовала легкое головокружение. Она недавно перенесла тяжелую операцию, поэтому приехала на дачу для восстановления. Однако, последние события просто выбили ее из сил, никак не способствуя укреплению здоровья.

«Пойду-ка я домой. Так не пойдет, – поругала себя Вика. – Приехала отдыхать, а сама накрутила себя до изнеможения.

Срочно домой, срочно покой, срочно выкинуть из головы всякую ерунду».

Тем не менее, эта всякая ерунда никак не шла у Вики из головы и не давала ей желанного покоя. Вечером после ужина она решила посоветоваться с мужем.

– Саш, есть одна ситуация, по которой мне нужно знать твое беспристрастное мнение, – начала Вика издалека.

Александр был реалистом до мозга костей, и всякие предположения и домыслы считал напрасной тратой времени.

Жить нужно здесь и сейчас, считал он, и нечего заниматься демагогией. Вика, разумеется, знала об этом, но сейчас ей позарез нужны были здравые рассуждения. Смутные подозрения мало того, что зудели и свербели, не переставая, так еще среди них Вика никак не могла вычленить самое главное.

– Ты сейчас говоришь про то, что котов заводишь ты, а закапывать, в случае их смерти, приходится мне? – сыронизировал муж.

Вике стало стыдно.