Медведи тоже умеют любить. Камень Демиурга. Книга первая

Мне показалось, или в глазах у него мелькнуло тень изумления? Я слегка поерзала на лавке, стараясь чтобы желание, как можно быстрее покинуть этот дом, не очень явно читалось на моем лице, и посмотрела выжидательно на старика. Он тихонько покачал головой, словно отвечая своим мыслям, потом, поставил передо мной флакончик с темной жидкостью внутри, закупоренный пчелиным воском, и холстяной мешочек, затянутый и завязанный кусочком веревки.

– Вот это, – он ткнул пальцем в мешочек, – заваришь, как все травы завариваешь, и будешь поить его на ночь, но не больше, чем по пол стакана.

А вот из этого, – он указал на бутылочку, – будешь делать ему компресс два раза в день: утром и вечером.

Я протянула руку, чтобы забрать приготовленные снадобья, и тут с опозданием поняла, что не спросила, как мне с ним рассчитаться за его доброту. Рука моя повисла в воздухе, я подняла на него взгляд, и, слегка смущаясь, спросила:

– Как я могу тебя отблагодарить?

Старик усмехнулся.

– Рано благодарить. Вот вылечишь своего парнишку тогда и поговорим о благодарности. Но, учти, денег я не беру. А теперь, ступай себе с Богом.

Я кивнула на его слова, взяла со стола бутылочку с мешочком, и собралась уйти. Но, в дверях притормозила, и, обернувшись, спросила:

– Как тебя зовут?

Старик глянул на меня с усмешкой и пробурчал:

– Зови меня Проном[5 - Прон – старославянское имя, образованное от имени бога Перуна]…

Я кивнула головой, и собралась ему представиться.

– А меня зовут…

Он прервал меня:

– А как тебя зовут, я знаю. Вести в тайге распространяются быстрее огня. – Усмешка на его губах стала шире.

Я опять кивнула, словно так все и должно быть, и вышла из избы. Люська стояла у березки и беспокойно переступала ногами. Ее уши напоминали локаторы, и были в постоянном движении. То ли она отвыкла так сильно от тайги, и никак не могла привыкнуть к ее запахам и звукам. То ли, ее что-то очень волновало. Я подошла к ней, погладила по шее, стараясь успокоить.

Лошадь скосила на меня глаз, и тяжело вздохнула. Я достала сухарик из кармана и протянула ей на ладони.

– Поешь, милая, поешь… Сейчас домой поедем. Там тебя овес ждет и чистая вода из родника. Да, и мужики нас уже, поди, заждались.

Лошадь благодарно зафыркала и принялась хрумкать угощением. Я, тем временем, прибрала драгоценные лекарства для Кольки в седельную сумку, отвязала повод и вскочила в седло.