«Казаки-разбойники»

Ох, наверное, при такой-то внешности у нее нет отбоя от парней! Закончив медицинское училище, она, не раздумывая, вернулась обратно в родную деревню, где и работала фельдшером по сей день, нимало не печалясь ни о высшем образовании, ни о карьере. Она сосредоточенно наморщила лоб, словно решая какую-то непосильную задачу. А потом, неохотно призналась:

– Да нет… Особых идей нет… Но… Я тут подумала… А почему бы тебе не остаться тут? – Она заглянула мне в глаза с выражением, с которым наш кот Васька, налопавшись сметаны, смотрит на кусок сырого мяса.

А вдруг счастье есть? А подруга продолжила уже более решительно. – Жилье у тебя есть, работу с твоей специальностью ты здесь быстро найдешь. Да чего там! Тебя в заповеднике с руками и ногами… Не говоря уже про голову. Тут вон воздух какой, а? А просторы какие!!! На берег реки выйдешь, там ни конца ни края не видать! – Начала она мне взахлеб расписывать местные красоты, постепенно вдохновлясь все больше и больше.

Я сидела слушала ее с усмешкой. Наконец, она заметила мою улыбку, и, прервав поток своих излияний, сердито заметила:

– Ну и чего ты лыбишься?! Тут сам Паустовский не гнушался жить и творить.

А нам это что, не по рангу, да? Ну скажи ты вот мне честно, что там такого в твоем городе, от чего бы душа могла ликовать и петь, а? Ну подумаешь, Рязанский кремль! Так я тебе скажу, что наша церквушка на берегу Пры[1 - Пра – река, приток Оки] постарше вашего кремля будет!

Как ни странно, но ее пламенные воззвания произвели на меня впечатление. Безусловно, не то, как она расписывала тут передо мной красоты здешних мест.

Я и без нее знала, что край этот неповторим в своем роде, как неповторимым может быть только природа в своем многообразии. Возможно, впервые в жизни, я задумалась над ее вопросом, что такого есть в городе, от чего моя душа могла бы ликовать и петь? Получалось, что ничего такого там нет и в помине. Увидев, как я задумалась, подруга воодушевилась, и продолжила расписывать мне перспективы моей жизни здесь, в дедовском доме. Я слушала ее излияния вполуха, а сама думала, что не смогу я продать этот старый дедовский дом, не смогу, и все тут! У меня рука не поднимется просто! Это было бы равносильно тому, как если бы я захотела выкинуть значительную часть своей жизни из собственной памяти! А еще, этот дом – единственное место, где будет вечно жить дух моего деда. Когда-то он срубил его своими руками, и прожил в нем всю свою жизнь. А значит, здесь я буду всегда чувствовать его заботу и любовь.