Босиком по битым стеклам. Сиротка из Больших гулек

Преисполненный важности слуга, получив от девицы желаемое, расплатился и исчез, а трактирная девка, поправив платье у себя на груди, мгновенно подхватив корзину с грязным бельём, направилась в прачечную, где и передала, полученную от болтливого лакея информацию, кому надо.

Сизый голубь с писулькой, привязанной к лапке, взлетел с крыши одного из убогих домишек в нищем квартале Льуежа уже через склянку. И летел тот голубь по направлению к Ачерскому лесу.

Не подозревавшая о том, что чёрные тучи вновь собрались над её головой, Елена возрадовалась известию о скором отъезде из «этой провинциальной дыры Льуежа» и продолжении своего путешествия в столицу герцогства.

В отсутствие слегка навязчивой Лулу, проявлявшей излишнее рвение и через чур уж любопытствующей, Елена, забравшись с ногами на мягкую кровать и меланхолично жуя пышную булочку, намазанную свежим маслом, предалась размышлениям.

Размышлять оказалось делом полезным и занятным.

Как выяснилось, Елена мало что помнила о себе любимой.

Это было странно.

Девушка понимала, что человек обязан помнить хотя бы что-то о своих детских годах, о каких-то замечательных или, наоборот, мрачных событиях из которых и состояла вся его жизнь.

Понимала, но вспомнить ничего не могла.

Воспоминания начинались чуть ли не с того момента, как вероломная Сельма, заманив Елену в тот самый злополучный сарай, отдала несчастную сироту во власть похотливым дворянам, возжелавшим развлечений и плотских утех.

Кроме этого, как выяснилось, и вспомнить оказалось нечего.

Так не бывает!

Второй странностью являлось то, что, называя себя Еленой, девушка, в тоже время, ощущала себя и Арленой – деревенской полудурочкой, сиротой-приблудышем, которую мало кто любил и принимал всерьёз. Разве что, парни, отдававшие должное её точёной фигурке и смазливому личику и мечтавшие затащить недалёкую сироту на сеновал и попользоваться ее зрелыми прелестями.

Как Арлена, девушка помнила еще и вдову Истану, и старостиных дочек, да и добрая мельничиха оставалась желанным гостем в скудных воспоминаниях сиротки, но.. Мысли о сельской жизни представлялись мутными, словно стёртыми из памяти Елены.