Домовой на страже закона

– А скажи мне, Степанида, как такая чертова машина могёт помочь справедливому следствию? Я так рассуждаю, что раз она ничего не видала, что в доме у Плотниковых происходило, то никак уж не должна выдумками своими честных людей в искус вводить. Ты – единоличный свидетель, как всё происходило на хуторе. А меня следователь Матузков в отдел привёз для помощи, считай, что на должность приставил.

– Что делать думаешь? – осторожно спросила мышь.

– И нечего сомневаться. Надо энту чёртову машину изничтожить.

Сказано – сделано. К приходу Матузкова домовой навёл порядок в кабинете. Раз следователь Бороду к делу определил – стесняться тут нечего.

Наутро Матузков в прекрасном расположении духа явился на работу. Но в кабинете он увидел то, что поразило его в самое сердце. Оставалось лишь развести руками, оглядывая побоище.

Довольный произведённым эффектом Борода сидел на несгораемом шкафу и лыбился щербатым ртом. Все проводки чёртовой машины были заботливо перегрызены Степанидой, а огрызки разложены на столе рядком, по убыванию их роста.

Выдранные из корпуса принтера кнопки лежали горкой, сверху красовался откушенный штепсель. Печатающая головка и подающий валик были извлечены домовым из корпуса и отправлены в мусорную корзину.

– Та-а-а-ак! – не нашёлся сказать ничего другого Матузков и плюхнулся на стул.

– Славно поработали, можно отдохнуть, – отчиталась Степанида.

– Потому как ты человек доверчивый и всякий обмануть тебя запросто может, мы решили положить конец вранью.

Кто-то из сотрудников милиции и есть дущегубец проклятый, а никакой не порядочный гражданин. А на государственной службе безобразиям не место. Ты человек мягкий, душевный, без нас на такой шаг бы ни в жисть не решился, – оглаживая ошмётки отрубленной бороды, сообщил домовой.

– Спасибо…– протянул Матузков в растерянности.

– И не благодари, это только начало, – заверила его Степанида.

Глава 7. Подвал ИВС

Степанида кручинилась, что домовой никак не может утвердить свой авторитет.

Он почти не выходил из кабинета следователя, изредка лишь попивал чаёк в компании запечника Агафоши. Эдак авторитеты не утверждают.

– Голубь мой, – льстиво начала как-то мышь, – сдаётся мне, что в подвальном этаже тоже может какая-нибудь нечисть обитать. Мы только с первого по третий здание околесили. А подвал?

– Небось мыши там, гнусь амбарная, – ляпнул Борода да вовремя спохватился.

Мышь сделала вид, что не услышала.