Шелест ветра перемен

Всё это сборище рассматривала ворона, резво ворочая чёрной головой с блестящими бусинками глаз, и пытливо смотрела за людьми на недосягаемой для них высоте, на сухой еловой ветви. Долго и терпеливо наблюдала, и вдруг сорвалась, метнулась вниз, канула меж саней и выпорхнула, держа что-то в клюве. Отлетела подальше, опустилась возле мелкой лужи и положила свою находку в воду. Лапой подвинула, клювом перевернула. Потом взлетела снова на ту же ветку вместе с размоченной находкой, наклонила голову к лапам, одной придавила и степенно и не спеша, стала поклёвывать.

Но люди тоже следили за проворной вороной.

– Во! До чего умна!

– Не иначе ак кусок ковриги приметила, остроглазая.

– И кто её надоумил сухарь в луже мочить?

– Да и умна и смела ворона, – подтвердил Добрила, – шёл я как-то по утру в кузню, а на соседском плетне орёт истошно ворона, с ней перекликается другая с нижней ветки сосны, что возле ограды. Та, что на плетне свесилась, голова набок, куда-то вниз зыркает, и я гляжу, что она там приметила.

А под плетень кошка лезет, выползла в огород, а вороны друг за дружкой пуще прежнего вопят. Кошка было присела… до ветру, а вороны громче, громче, та и припустила, а горлопанки тут же и смолкли. Видать гнездо с птенцами близохонько.

Посмеялись над кошкой, а Яромудр вспомнил случай.

– Другие птицы не все глупы, вот утка. Как-то видел диковинных жёлтых уток, глядеть любо. Я повернул к берегу, но до края подойти не успел. Ак селезень крякнул, утица ему в ответ, и они разом развернулись в противоположную сторону и взмыли с озера, унеслись куда-то за лес.

– Вишь, говорят меж собой, – удивился Добрила, – но хватит птичьих воспоминаний, – поведай быль дальнюю.

Другие тут же подхватили, стали упрашивать Яромудра. Разомлел после еды да жара костра, но отказываться не стал, любил он и спеть, и порассказать, что знал. Ждан с интересом смотрел на Яромудра, молод, а как кличут, с почтением.

Яромудр достал с саней упрятанные гусли, сел на бревно, воздел очи к синеющему небу, тронул струны.

Раздался мелодичный звон, метнулся к стволам и вознёсся ввысь.

– Поведаю вам други быль о пращурах наших пращуров, – пальцы Яромудра коснулись струн, зазвенел воздух, а в нём голос нежный и мужественный, ласковый и решительный. – Ак в стародавние времена жили. Ой, да не одна тьма лет и вёсен минула с тех дальних пор. Пращуры пращуров наших пращуров в благодатной земле на большом и цветущем острове жили. Вокруг него текли тёплые воды.