Русалии

У него есть друзья и в школе, и здесь в Березени, а ещё он занимается в Аничковом шахматами, у него настоящий талант… Здравствуй, Андрей! – Макс с улыбкой протянул руку стоявшему в воротах мужчине.

Тот весь сиял:

– Лёнька с собакой уже в доме… Молодец, Макс, всех привёл, и девушку свою не забыл! Я полюбил принимать гостей на старости лет!

«На старости лет! – хмыкнул Макс, – На комплименты набивается!»

И, правда, стоявший перед ними мужчина прожил под шесть десятков лет, но назвать его стариком ни у кого язык не повернулся бы.

Чуть выше среднего роста, широкоплечий и поджарый, он с ранней весны ходил в одних шортах по своему двору и уже успел загореть до бронзовости. Длинные каштановые с проседью волосы были зачёсаны назад и собраны на затылке в низкий хвост. На щеках аккуратная бородка, тоже с проседью. Молодые голубые глаза горели радостью. На нём были синие рваные на коленях джинсы и чёрная футболка с длинным рукавом, под футболкой перекатывались твёрдые мускулы. В левом ухе поблёскивало небольшое серебряное кольцо.

– Я собрался было в город, но теперь уж не поеду. Пойдёмте в дом, перекусим.

– Макарыч, мы только от стола!

– А мы по чуть-чуть! – он подмигнул Алекс, первым поднялся на крыльцо. Алекс посмотрела на Макса, тот только руками развёл.

В доме Лёня сидел посреди просторной кухни и ел арбуз, Бомка лежал возле его кресла.

– Арбуз? – изумился Макс.

Макарыч махнул рукой:

– Трава травой.

Купил для Амелии по случаю. Какие сейчас арбузы?

– Мне понравилса, – с мягким прибалтийским акцентом сказала Мила, и – Максу с Алекс, – Топрое утро!

Макс кивнул, с удовольствием окинул взглядом её точёную фигуру в чёрном спортивном костюме. Мила Максу всегда нравилась. И как человек, и, если честно, как женщина тоже. Приглядевшись к ней, становилось ясно, что она не такая юная, как кажется на первый взгляд, уже за тридцать, но неизменный неброский, но тщательный макияж, ухоженные руки, блестящие платиновые волосы, сегодня собранные на макушке и заколотые по-японски двумя бамбуковыми палочками, а ещё и возрастной муж рядом, делали её визуально лет на десять моложе.

Макарыч обнял жену за плечи, заглянул в глаза:

– Ну, что, зелёного?

– Опретелённо.

– Макарыч, послушай-ка! – попытался протестовать Макс, сразу поняв, что речь идёт не о чае, – Я вино с утра не пью.