Отбрось всё, что не ты

Лёлька от удивления чуть не подавилась куском бутерброда, который так и не успела проглотить.

– Ку… куда? Куда опаздываем?

– Не задавай лишних вопросов! Для тебя же стараюсь!

– Ну, маман, ты превзошла саму себя! Опять, что ли, женихи?

– Это совсем другое! Давай, давай, поторопись! Тебе понравится, обещаю!

Неизвестно, что двигало Лёлькой, то ли чувство вины, то ли безнадега – терять было нечего. Но она послушно отправилась в душ. К тому же, зная маман, проще было согласиться и побыстрее сделать все, что та хочет.

Пришлось влезть и в платье, украшенное крупными темно-синими цветами. Ну что у нее за вкус? Лёлька почувствовала себя клумбой. Впечатление усилилось, когда маман щедро спрыснула дочь дорогим парфюмом.

Потом распустила Лёлькин хвост, распушила волосы. Подкрасила губы яркой помадой.

– Ну вот, теперь хоть на человека похожа. Давай, быстро в машину!

Лёлька только и успела накинуть пальто, намотать шарф, да захватить сумку. Они бегом спустились по лестнице, запрыгнули в томатный Порше, и машина с ревом сорвалась с места.

– Куда хоть мы едем?

– Говоришь, хочешь писать? Что ж, лучше Ральфа Малиновского тебя никто не научит! Мы едем на его закрытую встречу.

Лёлька пропустила слово «закрытую» мимо ушей и не насторожилась. Знала бы она, что ее ждет. Быть может, и не села бы в машину. Хотя…

Она вспоминала, что слышала от маман про Ральфа, ее бывшего ухажера, писателя и фото-художника. Он был известен лишь в узких кругах и вполне этим доволен.

Рассказывая про короткий и страстный роман с Ральфом, маман обычно томно закатывала глаза, бормоча «потрясающий мужчина». Он посвятил ей несколько строк, чем она страшно гордилась:

«Прекрасная женщина на белых простынях,

Солнечные блики запутались в волосах,

Лучшая приправа к утренней чашке кофе».

Лёлька не понимала, чем тут можно гордиться. И не знала, почему они расстались. Маман не хотела рассказывать, а Лёлька не настаивала.

Кроме этих строк и восхищенных отзывов родительницы, она ничего не знала про Ральфа, не была знакома с его творчеством.

Элен за пару секунд исполнила параллельную парковку задним ходом. Лёлька восхищенно покачала головой. Ни разу не видела такого безупречного исполнения. Ни Флёр, ни Олеся, постоянно передвигающиеся за рулем, не обладали такими талантами и парковались уверенно, но медленно.

Лёлька выбралась из машины, обернулась и застыла.