Ма(нь)як

Сурненкову давно предлагали перейти на должность следователя, обзавестись собственным кабинетом, меньше времени проводить в беспрестанных разъездах – все-таки уже не тридцать, не за горами пенсия. Но он все таскал и таскал за собой свой уже потертый чемоданчик с реагентами и обращал внимание коллег на, казалось бы, мелочи, которые в итоге оказывались ключом к разгадке.

Николай остановил машину возле скромной столовой в псевдо-советском стиле, и через десять минут они уже обедали простыми щами со сметаной, картофельным пюре с котлетами и овощным салатом, запивая все это компотом из сухофруктов.

Иван разложил на столе все три дела и, стараясь не закапать их жирными щами, продолжил:

– Поверхностный анализ не выявил между жертвами ровным счетом ничего общего. Первый – мужчина тридцати лет, обыкновенный офисный планктон. Второй – заместитель мэра, и вот здесь нас крепко прижали с ускорением расследования…

– Властям плевать, – кивнул Николай, – что это серия. Им дай результаты именно по этому типу.

Лоб расшиби, но отчет предоставь. Я пока отбрехался, но через неделю, чую, на ковер вызовут-таки…

– Третья – дама сорока лет, которую оставили в живых. Что мы имеем? На поверку слишком мало…

– Ну почему же… Если предположить, что предыдущим двоим этот Маат учинял тот же допрос, что Елизавете, можно по итоговым клеймам на лбу примерно догадаться о вердикте нашего убийцы.

– Елизавета тупа как пробка, отсюда перечеркнутый мозг. Офисный хомяк озабочен на почве секса? В деле указано, что он счастливый семьянин, отец двоих детей, с любовницами замечен не был…

– Оставим все равно эту версию в качестве рабочей.

Другой-то у нас все равно нет… А чиновник? Вор что ли?

– Ну изображение рук, вероятно, указывает именно на это.

– Мда… что там с пальчиками?

– Нету пальчиков, – вздохнул Сурненков, доедая щи и отставляя тарелку в сторону. – На одежде всех троих следы чужого ДНК не обнаруженыан. Пока отправил образцы в лабораторию на дополнительное исследование. Но это же иголка в стоге сена, ты же понимаешь…

– А что с именем нашего героя? Какое-то оно у него странное.

Постой-ка, – Николай достал планшет и через минуту погрузился в чтение статьи из Википедии. – Следовало ожидать, – убрал он планшет и вернулся к еде. – Маат – не его настоящее имя. Так звали египетскую богиню правосудия, ту самую, которую изображали в виде пера.

– Богиню? Хм, как интересно.

– Думаю, за Лизой надо установить круглосуточное наблюдение.