Ведомые верой

Медленно он наклонился вперед и… на время исчез из этого мира…

Затылок словно грызла маленькая злобная тварь. Острые зубки в мощной челюсти без зазрения совести скребли по кости черепа, приближая тот миг, когда мохнатая морда, с наслаждением вопьётся в человеческий мозг. Охотник попытался пошевелиться и тут же ощутил, что лежит грудью на земле. Его руки и ноги крепко связаны за спиной, а на затылке вспухает громадная шишка.

– Великий бог! – простонал он, не сумев перетерпеть боль в голове, возникшую после неумелой попытки перевернуться.

– Да, неужели?! – язвительно поинтересовался женский голос. Резко, до хруста шейных позвонков, Дорик оглянулся. Мозг тут же взорвался новым фонтаном боли. Стиснув зубы, парень промолчал, не желая давать повода для новых насмешек. Когда же боль утихла, предметы, очерченные чернотой ночного неба и высвеченные небольшим костром, постепенно вошли в его сознание.

Силуэт горы с угольно-темными пятнами леса и сверкающе белой вершиной. Где-то далеко в небе на пределе зрения, когда уже видятся нереальные предметы, чудилась крошечная точка летящего одана.

Много ближе, возле огня фигура в черных, кажущихся обагренными кровью одеяниях. Откинутый капюшон больше не скрывал копну пышных мелких кудряшек цвета спелого колоса. Девушка оглянулась. Приятные черты лица, пухлые по-детски губы, и глаза с неугадываемым в полумраке цветом радужки.

– Разочарован? – спросила девушка. Дорик молча выругался, а вслух уточнил:

– Чем именно?

– Тем, что воина победила женщина…

Дорик попытался презрительно сплюнуть сквозь зубы.

Но честно сказать сделать это лежа животом на земле и почти упираясь в неё же носом не особо-то получилось.

– Я не воин, я охотник.

– Зачем же тогда напал на меня?

– Чтобы убить!

– Зачем? Разве ты меня знаешь?

– Нет, но ты из черных отшельников. Чтобы желать тебя убить, этого достаточно.

– И ради чего? Что такого плохого мы тебе сделали?

– Это мое дело! – хмуро отозвался Дорик, с ясностью увидев свое положение.

Лежать связанным, как пойманная дичь и рассуждать о причине не произошедшего убийства.

– И все же! – Девушка отвернулась к костру, и договорила, не отрывая взгляда от пламени. – Неужели одно наше существование на склонах среди Леса Трех Гор настолько для вас нетерпимо, что вы как древние воины отправляетесь совершать подвиги, убивая кого-нибудь из нас?

Голос девушки слегка дрогнул на слове "убивая", но в остальном её вопрос звучал достаточно убедительно.