Ведомые верой

Он мечтал о сытном обеде, мягкой постели и домашнем уюте, а вместо этого оказался на склонах Сияющей Девы в промокшей от пота одежде и гудящими от усталости ногами.

Выбора не оставалось. Найдя уютную поляну, способную вместить его лежащего, Дорик устроился на ночлег, для начала просто расстелив на земле плащ. А уничтожив скудный запас еды, лёг, с блаженством ощущая, как из него уходит усталость путешествий. Раньше, далеко от Фальгрига, или даже уже на его равнинах, Дорику казалось невозможным хорошо отдохнуть.

Но вот сейчас, словно бы сама земля родной стороны вливала в его жилы новую силу.

Дремота рассеялась мгновенно, когда шорох и едва слышный треск упавших веток под ногами кого-то лёгкого, звучавший в отдалении вот уже некоторое время, решил вдруг изменить свое направление и приблизился почти вплотную. Бесшумно поднявшись, Дорик скользнул в сторону шагов. Спустя мгновение он уже явственно ощущал присутствие еще одного человека пожелавшего прогуляться в это время по Лесу Трех Гор в полном одиночестве.

Чужие шаги приблизились настолько, что даже не напрягая глаз, молодой человек различил темную фигуру. Отшельник, а это точно был один из них и никто другой, не выглядел опасным. На плече – обычная дорожная сумка. А в руках ничего, кроме дорожного посоха. Никакого оружия.

«Что ж», – подумалось Дорику. – «Если у него хватило ума оказаться здесь в одиночестве и без оружия, то мне нечего сожалеть о его смерти». Поднявшись, он приготовился, укрывшись в кустарнике.

И вот хруст веточек под ногами отшельника приблизился настолько, что вполне можно было сосчитать, сколько их оказывалось под ногами идущего при каждом новом шаге.

А когда темная фигура оказалась рядом, опущенный Дориком посох с глухим гнилым треском столкнулась с палкой отшельника. Неожиданность не помогла, и, увильнув в сторону, охотник снова попытаться ударить. Но его выпад снова отразили. Ещё несколько прощупывающих выпадов, и стало ясно, что отшельник не так прост, и стоит приглядеться к нему внимательнее.

Плотный плащ до земли, глубоко надвинутый капюшон, скрывающий лицо. Заплечная сумка, сбившаяся в сторону с едва поднимаемых дыханием плеч. Маленькие, даже какие-то детские, ладошки крепко и уверенно сжимались на плотной коре древесного оружия, которое в следующий момент двинулось вперёд.

– Фьють! – просвистел воздух, парень не понял, почему вдруг с силой подогнулись колени, а в голове возникла неразборчивая, но весьма ощутимая пустота.