Мужчины на раз-два-три

Это роскошь, символ успешности, воплощение женственности и сексуальности.

– автомобили бренда Land Rover получили репутацию одних из наиболее престижных в мире благодаря своей повышенной проходимости, брутальной стилистике, великолепным ходовым качествам, роскошной комплектации.

2

Новый босс оказался человеком не старым – 47, мужчина в самом соку. Внешности был самой обыкновенной, только малость росточком не вышел, да лишними килограммами оброс. В графе «семейное положение», как донесла разведка, значилось – «разведён».

Последнее обстоятельство не понравилось Кристине. У неё вообще все мужчины особым уважением не пользовались, а после собственного развода – разведённые особенно. Все они казались ей жадными и мелочными, такими, каковым был, по её мнению, бывший муж.

Своим телом Кристина владела виртуозно. Когда не хотела общения, включала такую высокомерно-холодную королеву, что народ от неё разбегался врассыпную. Только уж супер-уверенные представители сильного пола или законченные тупицы обеих полов рисковали заглянуть за бастионы её обороны.

А вот когда хотела обратить на себя внимание – тут включала такую соблазнительную стервочку, что сексуальность зашкаливала (если бы существовал на свете прибор её измеряющий), и мужики слетались как пчёлы на мёд.

Только вот с шефом явно переборщила. Герману Вадимовичу хватило одного короткого взгляда на Кристину, чтобы дать ей оценку. Он поймал её призыв и тут же откликнулся на него. В его сощуренных глазах, обращённых на неё, заплескалась похоть.

И новый хозяин, ничуть не смущаясь своих новых подчинённых, тоном, не терпящим возражения, приказал Кристине к восьми часам вечера быть готовой отправиться с ним на ужин сегодня же.

Кристина при всех возражать шефу не стала, а про себя подумала: «Щас! Разбежалась!» Для той роли, на которую она его прочила, сначала надо было разобраться – так же он крут с мужиками, как с бабами. «Я с тобой поиграю немножечко, а потом уже решу – падать к тебе в постель или нет!» И на свидание с шефом не пошла.

3

Первые месяцы присоединения новой фирмы к бизнес-империи были изматывающими, и то, что он ужинает в одиночестве, а не в компании соблазнительной сотрудницы, Герман не заметил. Вспомнил только, плюхнувшись в одинокую постель. Успел зло подумать: «Дрянь! Уволю!», и провалился в сон.

Утром, по дороге на работу, думал о предстоящих на сегодня делах и вспомнил о продинамившей его стерве только увидев её в секретарской.