Мракадемия

Да разве в таких условиях у ребенка может выработаться нормальный характер? Добрый и отзывчивый? Если у этого ребенка даже настоящего имени не было!

А ведь нет имени – нет силы! Потому что все самые серьезные заклинания и ритуалы завязаны на кровь и данное в особом ритуале имя мага.

После богов и священников провести ритуал Имянаречения мог только родитель, а он как будто забыл о моем существовании. Был еще где-то мой родной дед, целый граф Лиорский, но о нем в доме даже не упоминали.

Видя, что никому до меня нет дела, я в пятилетнем возрасте сама нашла себе имя, позаимствовав его из какой-то сказки, которые меня научила читать няня.

Разумеется, оно было звучное, иностранное и красивое – Сандрильона. Я приказала обращаться ко мне только так, но в виду косноязычия служанок оно быстро сократилось до Сандры.

Так все и обращались ко мне: «леди Сандра» или «маленькая госпожа», пока в доме не появилась новая папенькина жена. Она-то и раскрыла всем глаза на мой неудачный выбор.

С тех пор я никому, ни под какими пытками его не называла, но оно уже само… приросло.

* * *

Я помню тот день, как будто он был вчера. Мне как раз исполнилось семь лет. Кормилица Грета давным-давно превратилась в мою няньку и личную служанку, а ее родной сын Конрад, ставший мне, по сути, молочным братом, – в моего единственного друга Конни.

Семилетие – один из самых важных дней в жизни любого из жителей Темного королевства. Это первый рубеж, после которого либо открывается дар магии, а с ним и величественный путь славы, власти и богатства, либо… не открывается, и человек до конца дней остается где-то на обочине жизни, даже если у него куча титулов и огромное наследство.

Как правило, у таких несчастных ни титул, ни богатство не задерживаются.

Справедливости ради надо признать, что существовало еще два пути к власти, славе и состоянию – великий ум и божественная красота. Но это еще более редкие дары, и для их созревания нужно немалое время.

И у этих даров есть еще огромные недостатки: красота скоротечна, а ум уязвим и легко превращается в заумь.

Потому в семь лет каждый ребенок с особым трепетом ждет чуда – первого проявления магического дара. Ну, и подарков, конечно, которые должны скрасить горе, если дар так и не проявится.

С магией у меня с утра ничего не получалось, потому я, тщательно скрывая разочарование и слезы, развила бурную деятельность по розыску подарков.