Тирра. Игра на жизнь, или Попаданка вне игры

Прости, что не проводил тебя, как полагается. Что не я поддержал тебя, когда ты впервые забиралась на спину стража. Не я затянул ремни крепления… И за то, что не поцеловал тебя на прощанье. Глупо, по-мальчишески спрятался. Потому что не хотел, чтобы расставание стало окончательным. Боялся, что не увижу тебя больше.

А теперь судьба должна мне твой поцелуй. И я знаю, что мы еще увидимся, моя таинэ».

«Я тоже знаю это, мой таир», – сказала я в паузе, пока он переводил дыхание. И коснулась ладонью воздуха там, где плескались на ветру его черные волосы.

Видение есть видение. Прядь обратилась вороньим пером и канула в пропасть под призрачной стеной. Как тогда, на обряде именования.

Дэйтар улыбнулся, поднял руку, почти коснулся моей ладони, точно видел ее, на миг замер… но лишь завел за ухо упрямую прядь.

Иллюзия. Всего лишь потрясающая иллюзия встречи.

Он резко отвернулся, вздохнул, опустил руки и крепко стиснул перила.

«Темные Небеса! Мне уже грезится, что ты стоишь рядом! – Дэйтар тряхнул головой и снова устремил невидящий взгляд на дальние горные пики.

 – А я даже не знаю, хочешь ли ты быть рядом. Не знаю, стал ли для тебя этот дурацкий обряд Верхнего мира тем же, чем для меня, – стал ли он открытием? Стал ли он бессонными ночами? Стал ли он выпрыгивающим из груди сердцем при одном только воспоминании о том, как твои руки лежали на моих плечах, а твои губы касались моих губ? Я не знаю ничего о твоих чувствах, моя таинэ, хотя мне казалось, что не противен тебе, иначе Небеса разорвали бы наш обряд.

Я дал тебе свободу уйти, моя таинэ, уйти навсегда в свой мир. Хотя больше всего на свете хочу, чтобы ты осталась.

Но я не могу принять твою жертву, если ты останешься. Останешься только ради того, чтобы выполнить наш договор и слово, данное королю. Я слишком хорошо знаю, каково это – лишиться родины и стать изгоем, жить среди чуждых тебе существ.

Рано или поздно ты возненавидишь меня за то, что осталась и никогда не увидишь родное небо.

Я-то хотя бы могу его видеть со стены своей роскошной тюрьмы. А ты – нет. И твоего отца, когда он умрет, похоронят чужие люди. Ты никогда его не увидишь, даже его могилу. И это тоже когда-нибудь станет стеной между нами. Мне невыносимо думать об этом.

Сейчас по моему плану ты должна навестить клан Белого Ворона. Это не слишком дружелюбный мне клан, но они мирятся с неизбежным и никогда не противятся судьбе, если она дает однозначный путь.