Лорды гор. Белое пламя

Серый балахон с капюшоном, из-под которого выглядывало востренькое ссохшееся личико с лихорадочно блестевшими охряными глазами под белыми ресницами. Впервые я видел старика-синта. Или старуху.

– Я ищу Яррена фьерр Ирдари. У меня приказ об его освобождении.

– Не сочтет ли фьерр за праздное любопытство, если я спрошу, почему нужно искать его в Чаше Цветка, где вот уже полтора века не появлялись смотрящие на солнце?

– В какой чаше? – я облизнул пересохшие губы. – Мне сказали, что Яррен отбывает наказание… То есть, лечение на пятнадцатом ярусе.

Синт затрясся в беззвучном смехе.

– На пятнадцатом? А что тогда благородный лед делает на первом уровне, где растает лишь через шаг небесного яруса?

Речь этого существа наводила на подозрения, что в пекле ссохлось не только его тело, но и рассудок.

«Убей ее», – ожил в голове Рогнус. – Или дай мне ее убить».

Дух тоже свихнулся.

«Не смей! – приказал я, отметив мельком, что мы с духом не сошлись в определении пола существа.

«Убей немедленно!» – с визгливыми нотками заорал предок.

Они и меня так сведут с ума!

– Это не может быть первым ярусом, – ответил я синтке. – Ну, хорошо, скажи мне, где я могу найти Отраженную Саэтхиль?

– Здесь, – раздвинулись сморщенные губы существа, обнажив беззубые почерневшие десны. – Здесь, тающий лед вершин, здесь. На пятидесятом ярусе в ваших свитках. Идем, я провожу тебя к ней.

– Подожди, ты сказала – пятидесятый ярус?

«Ничего себе ты промахнулся, родственник!» – заметил я духу.

За ним не заржавело: «Тебе нужна была дурацкая цифра, или место, где найти Яррена?»

Старуха, сделав пару шагов, оглянулась:

– Именно так обозначен у вас первый уровень смерти. Идем же!

«Раздави гадюку, пока не поздно!» – зарычал кровожадный дух.

В кишках засвербело, к горлу подступила тошнота. Ну что за сволочь у меня предок!

Я остановился, пытаясь справиться с приступом.

«Дай мне убить ее!» – взорвалась голова воплем Рогнуса.

Под его ли импульсом, или от привычки действовать, не дожидаясь, когда в тебя выстрелят отравленной иглой, я метнул дротик. Но старуха непостижимым образом скакнула, как скачет по стене тень, когда колеблется пламя свечи, и дротик лязгнул о камень.