Цифрогелион: Оператор Бездны

 – А теперь надо съёбывать отсюда по-быстрому, пока мусора не приехали…

– Съёбывать? Но мы же и должны вызвать полицию! И записать номер…

– Тогда запиши ты… – я бросил взгляд на пиздец как медленно уезжающую машину и быстро отвёл в сторону. – Я не могу смотреть на эту тачку – слишком свежи воспоминания…

К горлу подступил ком… Аниме снова начало овладевать моими чувствами.

– Этот ублюдок поплатится за то, что сделал… – яростно прошептал я. – Я пытался спасти её, но не успел… А он… Он хохотал, когда сбивал Мисаки-тян! Для него убийство красивой и печальной школьницы, потерявшей брата, – это какая-то шутка…

– НАНИ?!?!? – выпучил глаза от яростного удивления Жека.

Его изображение в этот момент резко приблизилось, взяв ближний план, и разрезалось по диагонали с хлёстким звуком. – ОН УБИЛ ЕЁ… РАДИ… ШУТКИ?!!

Несколько долгих секунд я наблюдал за тем, как желваки вспучиваются на массивной челюсти Жеки, пытающегося совладать со своими эмоциями. Но я-то знал – с аниме совладать почти невозможно…

– АРИИИИИИИГААААААТООООО!!!! – наконец взорвался он, разрывая на себе рубашку и раскидывая бугрящиеся стальными мышцами руки в до предела гипертрофированной ярости.

В воздух взмыли куски асфальта и угловатые языки пламени: Жека рванул вслед за машиной.

Вот он настигает её, переворачивает, вырывает дверь и рывком вытягивает из салона и без того настрадавшегося сегодня водилу.

Камера снова берёт ближний план: Безумное, кровожадное лицо Жеки, застывшее в зверином оскале, появляется в проёме разрываемого пополам тела водилы…

Дальний план: Жека стоит у перевёрнутой машины, держа в руках половины разорванного по вертикали тела.

Ничего не происходит примерно десять секунд – словно я смотрю на фотографию, но потом, из разрыва с шипением ударяет водопад кровищи. Она заливает Жеку, заливает машину, заливает дорогу, заливает всё.

Наконец он бросает обескровленные половины тела бедолаги на землю. Средний план, и ещё с минуту я наблюдаю, как Жека быстро, но глубоко, дышит, смотря перед собой слепым от ярости взглядом.

Его лицо в крови… Брутальная месть свершилась…

Сцена меняется. Мы с Жекой идём по дороге. Город уже совсем близко. Почему-то кровищи на нём теперь тоже больше нет, а разорванная рубашка уже нихуя не разорванная. Видимо, для аниме подобная ситуация – разновидность нормы.

– Ты закричал "Аригато", как ёбаный Наруто, – заметил я. – Что это вообще значит?

– Вроде бы "спасибо", – как-то отстранённое ответил Жека.