Дубай. Наши в городе

Паля бросила кроссовки и перья, влетела в национальный костюм; я бросила расчёсывать паричок и целиком проглотила конфету; Ясмин бросила пустую бутылку воды в урну и встала по первой позиции; Зейна бросила взгляд на всех нас и как-то тихо спросила: «А ГДЕ МИЛЕНА?». Схватив телефон, она выбежала из комнаты вслед за марокканками, закрыла за собой дверь, через секунду снова открыла, просунув голову внутрь.

– Что стоим то? Ялла, ялла! На выход, работаем девочки!

Как ни в чем не бывало, мы выплыли из комнаты, преисполненные чувством собственного достоинства, улыбаясь, и, приветствуя входящих гостей, стыдливой арабской улыбкой.

Марокканки уже стояли вряд по левую сторону от центральной красной дорожки, выстеленной от входа до главного подиума. Мы встали напротив и, как нам показалось, всем сразу стало заметно, что у нас не хватает двух танцовщиц.

– Ну…и что теперь будет? – беспокоилась Кудря, – Миленки нет, Зейна где-то… мы что, вчетвером головами мотать будем? А деньги назад не заберут?

– Да уймись ты! – улыбаясь гостям, сквозь зубы ответила Паля, – первое правило на работе…

– Деньги вперед? – попыталась Кудря.

И тут Ясмин торжественно подняла вверх руку.

– Улыбаемся и машем!

Присущие только ей, изящество и грация, сработали на входивших в балрум арабок, безотказно, и они, повинуясь столь искреннему приветствию, стали здороваться с Ясмин и тоже махать рукой в ответ.

– А вот и Зейна с Миленой, – также сквозь зубы, улыбаясь и кивая головой гостям, сказала я.

Кудряшка на секунду выпала из образа от радости осознания, что теперь нас не в чем будет упрекнуть и, заслуженной зарплатой можно будет оплатить электричество.

– Ни фига се… минуты не прошло, где она ее достала?

– Зейна кого хочешь, достанет! Хочешь – тебя, хочешь – кролика из шляпы, а хочешь, может и мужика любого достать.

В этот момент у входа остановилась группа женщин сверхтяжелой весовой категории, которые принялись обмениваться поцелуями, восторженно приветствовать друг друга и перечислять всех родственников, интересуясь их здоровьем.

Милена, сумка с костюмами и Зейна застряли между входом и заветной дверью в раздевалку. Протиснуться незамеченными всем троим, не представлялось возможным из-за той части женщины, куда обычно, крепится шлейф вечернего платья и, которая, как мне показалось, мешает ей входить в двери. Поняв ситуацию, мы стройным рядком, улыбаясь и, приставляя ноги, шаг за шагом, двинулись в направлении к двери.