Осада

– Давай, Ванятка, греби шибче! – подбодрил товарища Степан, вглядываясь вперед, туда, где в пяти верстах вниз по реке угадывалась панорама большого города. – До полуночи должны успеть. А то опустят решетку, топай потом в обход пешком до княжеских палат. Воеводы-то, небось, донесения нашего с нетерпением ждут.

Они успели. Огласив пропуск караулу, уже приготовившемуся перегораживать тяжелой кованой решеткой устье реки Псковы, протекающей через город и впадающей в Великую, разведчики свернули в Пскову.

Они проплыли между двумя крепостными башнями под соединяющим их мостом, и, гребя из последних сил против течения, вскоре причалили возле самых княжеских палат.

Миновав железную калитку в крепостной стене, охраняемую двумя часовыми, Степа и Ванятка бегом пересекли неширокий мощеный брусчаткой двор и поднялись по каменным ступеням на крыльцо, где их уже поджидал, нервно расхаживая взад-вперед, стремянный большого воеводы, князя Ивана Шуйского.

– Ну, наконец-то! – воскликнул стремянный при виде разведчиков.

 – Давайте-ка поторопитесь к воеводе!

И, забыв о своем высоком чине, собственноручно распахнул дверь перед рядовыми ратниками, пропустил их вперед. Степа и Ванятка с разгону вбежали внутрь, забыв даже поприветствовать стремянного, перед которым в другое время они стояли бы навытяжку. Тот, естественно, не обратил ни малейшего внимания на нарушение субординации и бодрой рысцой кинулся вслед за долгожданными разведчиками вверх по внутренней лесенке, ведущей в совещательную палату.

В обширной палате с низким сводчатым потолком, ярко освещенной множеством свечей, за широким дубовым столом сидело больше десятка людей – воинских начальников, возглавлявших гарнизон Пскова. Один из них, князь Иван Петрович Шуйский, при виде буквально ворвавшихся в палату запыхавшихся разведчиков, поднялся из-за стола и без лишних слов коротко приказал:

– Докладывайте!

Степа, остановившийся было в дверях, сделал три шага вперед, и, стараясь успокоить сбившееся дыхание, принялся излагать самую суть из того, что им довелось наблюдать ранним утром на большой дороге.

Воеводы слушали его не перебивая. Когда разведчик закончил доклад, в совещательной палате повисла напряженная тишина.

– Значит, по вашим оценкам, их около ста тысяч? – нарушив, наконец, продолжительное молчание, задумчиво переспросил князь Шуйский.

– Так точно, воевода, – без малейших колебаний подтвердил Степан.