Анатомия абсурда

Лавр Ловергийн высаживает девушку в её городке, центральная площадь которого тоже называется Под Рукой, и снова возвращается на трассу. На перёкрестке стоит девушка в легком белом платье и отчаянно машет рукой. Автомобиль Ловергийна с рёвом проносится мимо.

11

Всё, что мы знаем о петухах, – это только надводная часть айсберга. Даже то, что мы о них забыли, не открывает и половины зловещих тайн, окутавших эту мирную домашнюю птицу.

Древние считали петуха птицей Дракона.

Иоанн (Откровение, гл.

11) говорит о Драконе: диавол, сатана.

Петухи кричат. По ночам они кричат трижды.

Третьи петухи оповещают о гибели тьмы, о поражении тёмных сил и прекращении действия злых чар. Дьявол, сиречь Дракон, теряет власть над миром.

Вступление во власть Дракон празднует в полночь, когда бьют часы. Но задолго до того, как люди изобрели часы, это время оповещалось петушиным криком. Первые петухи кричат в полночь.

Далеко за околицей спящего села слышен петушиный крик. Но в сёлах петухов не так уж много – а в Киряйгород той весной по самым скромным подсчётам прилетело не менее пяти миллионов герольдов дьявола.

В окнах дребезжат и рассыпаются стёкла. Шатаются стены. Ветви деревьев стонут и мечутся в ужасе. Люди зажимают ладонями уши и вопят от невыносимой боли. Крик, исторгаемый пятью миллионами луженых глоток одновременно, сравним только с трубами Страшного Суда.

И ждавшие их восстали.

12

Лавр Ловергийн въехал в город между первыми и вторыми петухами. Дорога шла мимо кладбища.

Ещё издали Лавр заметил группки людей у кладбищенской стены. Люди были одеты нарядно, но не броско. На мужчинах – тёмные костюмы и белые рубашки, на женщинах тоже – скромные цвета. В общем это напоминало сбор на какую-то странную демонстрацию – разве что не было транспарантов.

Людей становилось всё больше, они уже не помещались на тротуаре – то тут, то там групки высыпали на проезжую часть. Ловергийну пришлось уменьшить скорость, потом ещё; он непрерывно сигналил.

Полунощники лениво уступали дорогу. Ловергийн боковым зрением замечал их неестественно бледные лица, почти на каждом лице чудились тёмные очки. И ещё они казались очень весёлыми – у Ловергийна создалось впечатление, что они беззвучно хохочут.

У ворот кладбища собралась целая толпа. Собравшиеся перегородили проезд и не обращали ни малейшего внимания на сигналы автомобиля. Пришлось остановиться. Перед самым бампером стояла многочисленная компания полунощников.