Боевая машина любви

– Но главное – главное, перед смертью Радна успела сказать мне, что это были вы! – Вэль-Вира привстал, опираясь на подлокотники кресла.

В зале повисла зловещая пауза. Но не успела Зверда приступить к новой очереди запирательств, как барон Шоша поднял глаза на Вэль-Виру, подбоченился и медленно, с расстановкой произнес:

– Да, это сделали мы. Мне надоел этот дурной балаган.

Зверда нервно выдохнула. Как ни странно, она восприняла неожиданное признание Шоши с облегчением. Она не любила лицемерить. Она ненавидела играть и врать.

Теперь, к счастью, можно было этого не делать. И Зверда добавила:

– Да, это мы убили Радну. И, откровенно признаться, имели на это право.

– О каком праве вы говорите, зверское отродье?

– О праве ледовооких. Ты нарушил запрет, Вэль-Вира.

– Я ничего не нарушал!

– Нет уж, ты нарушил! И не один. Терпеть твой произвол у нас более не было желания, – грозно сказал Шоша. – Разве ты не знаешь, кем была Радна? Разве ты не знаешь, что она не была ни женщиной, ни гэвенгом?

Вэль-Вира вновь сел.

Да, он знал, что его любовь, его жизнь, Радна, не принадлежала ни к расе людей, ни к расе гэвенгов. Она была из тех существ, что уже давно не живут здесь – она была феоном.

Гэвенгам было строжайше запрещено брать в жены женщин-феонов. Вэль-Вира знал и это. Но вот откуда об истинной природе Радны пронюхали бароны Маш-Магарт? Ведь они видели Радну только в человеческом обличье?

– Но ладно бы только это, Вэль-Вира, – вступила Зверда. В ее голосе звучало безжалостное осуждение.

 – В конце концов твоя личная жизнь – не более, чем твоя личная жизнь. Если ты хочешь портить нашу линию и плодить ублюдков – ты волен поступать так. Это можно было бы терпеть, если бы ты не выделил ей доли «земляного молока»! И притом без нашего согласия!

– Она испила из чаши ровно два раза! Два раза, когда ей угрожала смерть! – возмутился Вэль-Вира.

– Два или двадцать два, не имеет значения. Ты нарушил закон.

– Я – вольный барон. Я сам устанавливаю законы.

Я знаю, что можно и что нельзя, – без тени улыбки сказал Вэль-Вира.

– Да, ты барон. Но ты и гэвенг. Как и мы, – припечатал Шоша.

– Но из этого не следует, что вы, гэвенги, можете распоряжаться в моей жизни, словно в своей конюшне!

– Следует, – отчеканила Зверда. – Ты нарушил закон. И ты был наказан нашими руками.

– Но не ты устанавливала законы, по которым я живу! – яростно прохрипел Вэль-Вира.

– Не я. Законы гэвенгов установили ледовоокие.