Поручик Ржевский и дама-вампир

Поручик тоже не видел смысла объяснять и молчал, а затем, чтобы прервать неловкую паузу, обратился к Ерошке, который всё так же сидел на облучке рядом с кучером:

– Слышь, Ерошка, а почему деревня называется Пивуны? Там есть кабак?

– А чего сразу кабак? – заворчал Ерошка. – Там рядом с церковью колодец. Ты сам видел, барин. А вода в нём вкусная. Все прохожие и проезжие останавливаются, чтоб испить. Потому и Пивуны.

Тасенька оставалась задумчивой и даже печальной, поэтому Ржевский всё-таки решил с ней заговорить:

– Простите, Таисия Ивановна, что завёз вас в такую даль, а в итоге на два с половиной часа оставил на крестьянском дворе.

Вы, должно быть, надеялись на более интересную прогулку? И на большее внимание с моей стороны? Хоть мы и не пара сбежавших влюблённых, но меня это не извиняет. Я должен был заботиться, чтобы вы не скучали.

– Что вы, Александр Аполлонович! – Тасенька сразу оживилась. – Я прекрасно съездила. Да, в доме у Алевтины мне сначала было неуютно, но после, когда вы ушли, мы с ней разговорились, и я столько всего узнала о деревенской жизни! Это же так интересно! Почти как у Гёте, только на русский манер.

– А что у Гёте? – не понял Ржевский, который и про самого Гёте знал только от Тасеньки.

– Ах да. Вы же не читали, – спохватилась она. – У Гёте всякие черти, ведьмы, колдовство…

– Но вы же не верите в чертовщину.

– Ну и что? – Тасенька пожала плечами. – Читать всё равно интересно. А когда встретишь кого-нибудь, кто говорит, что своими глазами видел всякие чудеса, это такой восторг! А в деревне почти каждый что-то видел или слышал.

– И вы слушали деревенские байки?

– Это не байки, а народное творчество, – наставительно сказала Тасенька и продолжала: – Например, я спросила у Алевтины, для кого возле крыльца стоит мисочка. Она говорит: «Для домового». Я думала, это шутка. Но Алевтина в самом деле верит, что домовой превращается в ужа и ночью приходит пить молоко, которое она ему вечером наливает.

– Это кот приходит, – предположил Ржевский.

– Там нет кота, – возразила Тасенька.

– Значит, соседский кот.

– А Алевтина верит, что домовой, – упёрлась Тасенька. – И, кстати, над ней в деревне многие посмеиваются и говорят, что домовой никак не может превратиться в ужа. Вы понимаете, что это значит? – Тасенька ещё больше распалилась. – Что в деревне все-все верят в домового. Это же так мило! А сама Алевтина родом не отсюда, из другой деревни, с севера губернии.