Чужое лицо

– Я тебе это в два счета устраню, Федор Савельевич.

– Не зарекайся. Краска – видишь, какая у меня краска? Хрен такой цвет подберешь. Извини за «хрен», Зоенька, Зайчик.

Мне почему-то кажется, его Зоенька в свое время и не такие слова слышала да и произносила. Малость помятое у нее лицо. Но и за это надо сказать спасибо Падунцу, может, из пропасти человека вытащил.

– Зоя, зову в свидетели! У вас будет не машина, а игрушка!

– Это мастер говорит! – опять поднимает палец Федор Савельевич. – Человек из моей конторы.

Ведущий специалист.

Зоя вроде бы кротко, но оценивающе и хитро, как кошечка, осматривает меня.

– Ты, Зайчик, не смотри, что он молод. К нему, а значит, и ко мне на поклон вся Россия приезжать будет! Его Костя зовут. И все будут это знать.

– Костя! – говорю я и пробую галантно поклониться.

– Очень приятно! – мурлычет кошечка, скрывая хитрую стервозную улыбку.

У беседки стоит рыжая Вика, судя по виду, ждет меня.

– Что, товарища проводили? И будете теперь скучать в одиночестве?

Проклятый страх, его даже водка не снимает.

Чувствую, что трезвею. Но набираюсь мужества схамить:

– А может, на «ты» перейдем?

– Может, – смеется она. – Но не сейчас. Сперва надо выпить на брудершафт, поцеловаться, а у вас еще губы вон какие. – Она притрагивается к ним пальчиками. – Болят?

Током шибает от ее прикосновения. Господи, хоть бы не упасть.

– Илья Сергеевич обещает, что скоро все будет нормально. Недели через две. Но домой можно выписываться к субботе.

– Вместе и выпишемся, – говорит Вика. – Дальше я уже худеть не хочу. Как я, нормально выгляжу?

Она разводит руки, поднимает подбородочек. Эффектнейшая женщина! Вот такие и снились мне, а я, дурак, гнал их.

– Я, кстати, завтра в Москву поеду, может, к вашим заехать? Хотя бы одежду взять, не в пижаме же вы отсюда выйдете.

Как я забыл об этом? Все, что было на мне в момент аварии, конечно, надо выбросить: окровавленные тряпки. Но и дома ничего приличного нет. Некуда мне было наряжаться.

Как-то я купил один костюм, померил его и понял: чем лучше буду одеваться, тем смешней выглядеть, дома у меня джинсы, пара рубах… И потом, в квартире такой бардак, что Вика побоится переступить даже порог. Да я и не хочу, чтоб она этот порог переступала.

– Вика, а если я дам вам деньги, вы на свой вкус что-нибудь подберете мне, а?

Она окинула меня взглядом портнихи, словно сняла мерку.

– Мы не так сделаем. Деньги студенту нужны, нечего ими бросаться.