Поступь империи: Поступь империи. Право выбора. Мы поднимем выше стяги!

А тут приходит гвардейский отряд под руководством Юрия Долгорукова, отправленный как раз для того, чтобы вернуть беглых крестьян. Такие рейды цари устраивали и раньше, но вот этот стал последней каплей…

«И все-таки они преступники! И наказание для них только одно – смерть! Хотя что-то я разошелся… Лучше бы все-таки с пользой применить их руки, трудов намечается много…» – подумал я про себя, идя к рубежу, на котором застыли ровные шеренги шестнадцатилетних мальчишек.

Вот только выстрелят ли они? Да, муштровали.

Тьфу, слово-то какое поганое! Учили и еще раз учили их хорошо, да и на полигоне они показали себя с наилучшей стороны. Но все-таки не зря я взял с собой капрала Михея вместе с половиной его подчиненных, сейчас стоящих возле сержантов-витязей.

– Идут!

«Ну, орлы, не подведите!» – подумал я, залезая на коня и вставая чуть левее строя, вместе со своими гвардейцами и друзьями. Сила не сила, а пятнадцать клинков могут в нужный момент решить исход боя, правда, ежели с умом их использовать.

– Приготовиться! – подал я знак.

Легкая рябь пробежала по рядам витязей, прапорец с двуглавым орлом в правом верхнем углу и вставшим бурым медведем на зеленом фоне поднялся чуть выше, развеваясь от дуновений слабенького ветерка.

Шеренги замерли в ожидании, старший наставник Михей повернул голову в мою сторону, ожидая дальнейших указаний. Чуть спереди замерли двадцать «колпаков» – пушек, названых в честь курировавшего их создание Дмитрия. С хоботовой части лафета на землю у каждого орудия опущены сошники – небольшое нововведение, созданное после первых стрельб.

«Что ж, похоже, батальон к бою готов, осталось еще этот бой выдержать…» – закусив губу, подумал я, сжимая эфес сабли.

В руках появилась легкая противная дрожь. Конь вдруг пошел шагом. Внезапная смена аллюра удивила, но это я, видимо, волнуясь, сжал бока коня коленями, и верное животное поняло это по-своему.

«Успокоиться! Немедленно успокоиться! Никто не должен заметить, что не только для них, но и для меня это первый бой».

Горнист, неотступно следующий за мной, отставая на полкорпуса, встретившись со мной глазами, нервно облизал губы и потянулся к своему надраенному до блеска горну, притороченному к седлу справа. Окончательно остановив коня, я отдал ему команду играть «первую схему».

Введение в батальон витязей, помимо барабанщика, горниста было решением, лишь немного опередившим свою эпоху. Такое нововведение значительно упрощало общее командование подразделениями.