Поступь империи: Поступь империи. Право выбора. Мы поднимем выше стяги!

Так начались мои ежедневные тренировки по фехтованию – моя боль и моя радость…

– Ваше высочество, к вам просятся господа барон Либерас и Александр Баскаков, – негромко сказал мне Никифор, когда я после обеда сидел у себя в кабинете, в сотый раз просматривая карту России.

Ну и мала же она по сравнению с империей начала двадцатого века! Где раскинувшаяся от океана до океана страна, которой боялись и с которой считались все в мире?

– Я же просил тебя, Никифор, впускать их без проволочек, – не отрываясь ответил я камердинеру.

 – Пусть войдут. И принеси нам, пожалуйста, разбавленного вина и что-нибудь легкого перекусить.

– Как изволите, ваше высочество, я обязательно исправлюсь, – сказал Никифор, в который раз обещающий мне одно и то же.

– Нет, ты представляешь?! Да они совсем там с ума сошли!

Сильный голос двадцатилетнего парня разорвал тишину моего кабинета, словно лихой налет донских казаков на крымский городок.

– Почему же? – поинтересовался у входящего в комнату Александра тридцатилетний иностранец, с интересом смотрящий на своего молодого собеседника.

– А как еще назвать последний указ Ближней канцелярии? Как можно отдавать наши мануфактуры на откуп иностранцам?

Гнев помещика был столь велик, что он даже забыл приветствовать меня, а это случалось очень редко: все-таки, хотя образование на Руси стало обязательным совсем недавно, уважение к старшим, будь то прожитые годы или же право рождения, прививается с младенчества.

– Мне кажется, что это как раз и нормально.

Ведь посуди сам: если дать иностранцам право выкупать производства, то Россия получит возможность развивать их, не используя свои собственные ресурсы, – ответил барон.

– Да? А как же пошлины? Ведь получается, что тогда и поступлений в казну будет во много раз меньше! – продолжил Александр.

– Это неизбежная цена за продвижение современных машин и развитие Руси в целом, дорогой друг, – улыбнулся датчанин.

– Слишком велика цена, барон! Да вы не хуже меня это знаете, – продолжал настаивать на своем Александр Баскаков.

– С этим я вынужден согласиться. Условия, на которых покупается все нынешнее производство, просто ужасные. Налогов будет минимум, а развития – почти никого. Не знаю, куда только смотрела ваша Ближняя канцелярия, когда его принимали, – согласился с помещиком Артур.

– Подробнее, пожалуйста, друзья, – попросил я их, сам не до конца понимая спор, точнее, толком его не зная.