Поступь империи: Поступь империи. Право выбора. Мы поднимем выше стяги!

 – А это что за доска висит? – ткнув указкой на планшет, спросил Петр, с интересом разглядывая его.

– Эта доска названа планшетом, и нужна она для удобства рассмотрения карт и чертежей, батюшка, – ответил я ему, вставая с места. – Вот, к примеру, здесь есть специальные держатели, два сверху и два снизу, а также по три держателя с боков, все они могут ездить по планшету, чтобы в случае нужды держать меньшую карту или чертеж, чем тот, для которого он предназначен.

– Эк каково! И откуда же сие у тебя появилось, сын? – удивленно посмотрел на меня царь, подошел к планшету и начал горизонтально водить один из держателей.

– Сделали его московские мастера, батюшка.

– А задумка чья?

– Моя, – спокойно отвечаю.

– Удивительно и зело странно, но пока это оставим, – чуть нахмурившись, бросил Петр в пустоту.

Я же тем временем откинул висящую карту Азовского побережья обратно, открывая вид побережья для любого желающего.

– Вижу, интерес у тебя появился к делам нашим.

Похвально, но, помимо него, надо и понимать, что да как. Вот, к примеру, видишь вот этот мыс? – ткнул он на северное побережье Азовского моря, много западнее самого Азова. – Почему, ты думаешь, там до сих пор нет нашей крепости?

– Как это почему? – удивился я вопросу. – Ее строительство обойдется России явно не в один грош, да и татары не позволят ее построить, набеги они устраивают с завидной регулярностью.

– Хм, действительно, есть такое, – согласился Петр, дергая мочку левого уха.

 – Но на самом деле там другая причина. Впрочем, о ней, возможно, мы поговорим с тобой много позднее, если за ум возьмешься…

«Прохладные отношения у Петра с сынишкой-то были, даже жалко парня. И ведь не скажешь, что глупый был, ни в коем случае. Просто отец – тиран, вот и весь сказ…» – грустно подумал я, повернув голову к карте.

– Видно, ума у тебя прибыло, сын, может, одумался, наконец. И это хорошо. Но кое-что все же мне интересно.

Помнишь, что я тебе обещал в последний раз? – спросил Петр, раскуривая потухшую трубку.

– Конечно, батюшка.

– Тогда вот тебе задачка. В двух капральствах по двадцать пять солдат, а в третьем – тридцать пять. После боя в каждом капральстве убыла ровно пятая часть. Так сколько солдат осталось в трех капральствах? Ответствуй, – хитро прищурившись, приказал Петр, поглаживая себя по коленке.

«Детсад, етить его налево! – хмыкнул я.