Красные камзолы. Капрал Серов: год 1757

Вспомни, сколько времени мы потратили на экзерциции в прошлом году? А это у нас еще очень гуманный полк, от нас солдатики не бегают.

О, вроде поняли. Загалдели все сразу:

– Ну да, считай, только этим и занимались! Особенно в Луге!

– Я думал, пятки до колен стопчу на всех этих поворотах да перестроениях!

– А этот вот «выпад» помнишь? А потом еще «замри»?

– Шутить изволите, господин капрал, – ворчит один из рожинских возниц.

Поворачиваю голову, смотрю на него пристально, подражая ундер-офицеру Фомину.

Возница утыкается глазами в стол. Это он правильно. Разглядывать остатки ячневой каши в миске – оно полезно. Развивает внимательность, оказывает успокаивающий эффект, а в данный момент еще и бережет от сотрясения мозга.

Рожин с сомнением качает головой и говорит мне через стол:

– Не, так не получится. Нешто каждого встречного будешь заставлять во фрунт тянуться?

Это он просто так сказал или защищает своего слегка оборзевшего подчиненного?

Поворачиваюсь к нему и немножко с вызовом говорю:

– А что ты предлагаешь?

Тот вскидывает ладони.

Мол, ничего такого, Жора.

– Дело твое, конечно. Хочешь отличиться – я ж разве против? Да и фокус хороший показал. Только все равно так ты беглых не найдешь.

– Это почему же? Что, для беглых сейчас тоже не время, что ли?

– Ну почему. Армия, считай, уже две недели как потихоньку тянется от Дерпта в сторону Ковно. Если кто из молодых задумал бежать – то примерно сейчас они и побегут.

Только вот – куда они побегут-то?

Пожимаю плечами:

– Ясно куда. Домой к себе, куда же еще?

– Э, нет, Жора. Домой им путь заказан. Они уже из крестьянского сословия выписаны, община им пашню не выделит. И в город тоже не пойдут. Ты это верно заметил, муштра издалека в человеке видна. Так что в городе его любой гарнизонный солдат враз определит как служивого.

– И куда они пойдут?

Рожин растянул толстые губы в ухмылке:

– В монастыри они пойдут, Жора. Грехи замаливать.

Опять же, кто в монастырские земли попал – того уже светские власти, считай, никак не достанут.

Хм… То есть, получается, бумага о том, что беглые солдаты подлежат отправке в ландмилицию – это не столько указание, сколько легализация существующего порядка вещей? Надо будет подумать на эту тему.

– Ну ладно. Значит, для поиска беглых солдат будем с батюшками разговаривать. Вот прямо завтра и начнем.

Ладно, совещание можно считать удачным.