Сезон оружия

Кислота, которая содержалась в ней, была сильна настолько, что прожигала насквозь гранитную плиту. За то недолгое время, что кислотный плевок, скрутившись в свистящее коричневое веретено, мчался к оранжево-красному лесу, полицейские не успели выстроить даже жалкого подобия «линии Зигфрида»…

Локи не промахнулся. Мобильный патруль сетевой полиции был убит на время в полном составе.

12

Патрульно-базовые самолеты Департамента Безопасности типа «Стрибог» не имеют бортовых номеров.

Это единственное исключение в истории российской авиации легко понять, если учитывать, что «Стрибогов» ровно восемь.

Четыре базируются в Москве, два в Питере и два в Ставропольском крае. «Стрибоги» – сверхдредноуты авиации. Как и положено сверхдредноутам, все они носят свои личные, уникальные имена.

«Стрибог» огромен. Эскадра американских «Летающих крепостей» времен Второй мировой войны показалась бы рядом с ним стаей колибри, вьющихся вокруг орла.

Восемь сверхмощных винтовых движителей «Стрибога» потребляют электроэнергии больше, чем атомная подлодка конца прошлого века.

Чтобы обеспечивать их питанием, «Стрибог» оснащен двумя компактными термоядерными установками.

Основное назначение «Стрибога» – «Видеть и помогать» – указано под пилотской кабиной рядом с эмблемой Департамента Безопасности.

Один «Стрибог» полностью контролирует воздушную обстановку в радиусе тысячи километров, наземную – в радиусе шестисот. Космос «Стрибог» контролирует на высоту две тысячи километров.

На дежурстве в районе Москвы постоянно находится только один «Стрибог».

Этого более чем достаточно.

В 17.30 закончил свое семидесятидвухчасовое дежурство ПБС «Феникс». Когда он сошел с патрульной циркуляции над Внешней Кольцевой Дорогой, в семидесяти километрах от него включились на полную мощность радары сменщика. Этот ПБС носил совсем простое имя «Змей».

13

Августин лежал тихо. Он пролежал дольше, чем требовалось. Когда он снова поднялся на ноги, он не смел поверить в то, что выжил.

Черный дым клубился над тем местом, где совсем недавно находилась полицейская засада. Леса больше не было – только болото, исходящее ядовитыми кислотными испарениями.

Валун, от которого Августин давал деру, был покрыт зеленоватой зловонной копотью. От чахлой растительности, которая еще десять минут назад окружала валун, не осталось ничего, кроме горстки черных, хрустких крупиц. Файрболы на то и придуманы, чтобы после них не оставалось ничего примечательного.