Утонувшая в метели

Мрачное событие прогремело как гром среди ясного неба, однако работу учреждение должно было продолжать, поэтому «золотая группа», теперь уже без двоих своих членов, решила собраться в чайной Дома моды после ухода следователей.

В комнате с длинным столом находились пятеро. Иван Голдин угрюмо смотрел в окно на внутренний двор, туда, где всего пару часов назад обнаружили труп. «Так странно, – думал он. – Встреча со смертью, особенно знакомого человека, представляется как нечто шоковое, страшное, даже вызывающее панику, в какой-то степени».

Но Голдин не испытывал этого, лишь усталость и небольшую головную боль. Значит ли это, что он жестокий человек? Может, всё так из-за того, что труп обнаружили без него, кто знает…

Следователь интересовался, видел ли Иван что-то необычное перед уходом накануне, заметил ли странности в поведении Оли. Он ответил, что ничего не давало повода для беспокойства. С ним оказались солидарны и остальные опрошенные: никто ничего не видел и, конечно же, не заметил. Сотрудники взяли записи с камер видеонаблюдения и уехали в отдел, попросив сообщить, если удастся вспомнить что-то важное.

Именно этим сейчас и занимались остальные участницы группы – вспоминали.

– В общем, я сказала, что ничего необычного не было. В записке она написала, что не может жить без парня, или что-то вроде того. Я помню, что они расставались с Максимом, вроде так его зовут, – размышляла вслух Жанна, тарабаня ложкой в чашке с чаем.

– Сомневаюсь, по-моему, у неё был Марк, и в записке было сказано: «ты не оставляешь мне выбора», – Рита говорила отвлечённо, поглощённая контуром карандаша для губ в отражении карманного зеркальца.

Казалось, произошедшее не сильно её заботило.

– Какая разница, – скривилась Жанна, и светлая прядь её каре выбилась из-за уха. – В любом случае она дура.

– Жанна, – грозно подняла глаза Настя, оторвавшись от телефона. Она была занята рассылкой сообщений участницам кастинга о переносе времени.

– Нет, а что, вы считаете это нормальным? Бросаться из окна из-за расставания с парнем.

Если она такая ранимая, то не представляю, как бы ей жилось дальше.

Кристина прерывисто вдохнула, поправив жиденькие волосы.

– А ты чего вздыхаешь? – в голосе Жанны басом прокатились хамоватые нотки. – Вы же с ней были подружки, неужели не заметила, что ей плохо?

– В общем, нет, – едва слышно ответила Кристина. – Мы не близко общались, но я не думаю, что осуждать её сейчас правильно.

– Мне не важно, правильно это или нет.