Топоры и Лотосы

Это значит, что на учениях бесследно исчезали каждые четыре корабля-мишени из пяти…

Алонсо помолчал немножко, давая психозрителям время осознать эту статистику, и продолжил:

– Но какой адмирал, хоть землянин, хоть тойланг, отважится атаковать, когда знает, что еще до выхода из пространства Аль-Фараби, то есть до начала линейного сражения, он потеряет восемьдесят кораблей из ста? Кто согласится дать противнику такую фору? А ведь в Солнечной системе уцелевшие корабли будут встречены сорока пятью вымпелами Флота Метрополии! К этому следует добавить, что блок-крепости работают и как посты дальнего обнаружения.

На расстоянии в несколько часов реального хода корабль засекается по вторичным возмущениям на Ребрах Аль-Фараби. Информация мгновенно передается в штаб и сразу же доводится до всех флотов, разбросанных по галактике. На случай массового вторжения предусмотрена тревога «Красный Смерч», по которой производится экстренный отзыв сотен боевых кораблей в Метрополию.

– Как я понимаю, «Красный Смерч» не объявлялся ни разу?

– Не объявлялся.

А жаль – тойланги остались бы без всего флота и война была бы выиграна в один день. Но они не настолько глупы… Вот «Белый Смерч», то есть попытки одиночного проникновения вражеских разведчиков, случался трижды. И все три раза разведывательные рейдеры тойлангов бесследно растворялись в нелинейном пространстве, уничтоженные блок-крепостями. После этого тойланги перестали появляться в окрестностях Метрополии. Тойланги выяснили границы нашего могущества и больше рисковать не решаются.

– Тем более что в последнее время им все больше приходится думать об обороне собственной планеты, верно?

– Именно так. А теперь – не обессудьте, мое время вышло. Я должен вернуться к своим прямым обязанностям: рисованию больших красных стрелок на штабных картах.

Бершов вежливо улыбнулся.

– Так что, адмирал, следующее интервью будет уже на Эрруаке?

– Следующее интервью будет на Земле. Правительство напомнило Ставке, что главная задача боевого планирования высадки – сбережение жизней наших солдат.

Если сохранность биосферы и физическая целостность Эрруака войдут в противоречие с минимизацией наших потерь…

Тут наконец проявились следы деятельности цензуры, о которой я уже и думать забыл. Контр-адмирал заткнулся на полуслове, стены кают-компании исчезли и после второй порции рекламы моя высшая нервная деятельность вернулась в накатанное русло.

* * *

Я вновь обнаружил себя на ходовом мостике «Бетховена».