Магия, рожденная среди кукурузных полей

Пиррит тоже уставилась и тут же узнала во мне знакомые черты. Золотистые волосы, серо-голубые глаза, я был очень похож на свою мать, которая в этот же день и узнала о том, какой вопрос я осмелился задать. И в этот же день я всем запомнился, как чудаковатый необщительный парень, с которым почти не нашлось желающих дружить. Я стал изгоем, каким себя и чувствовал с первых минут в этих светлых стенах. Но, как оказалось, я не был обделен талантом в магии и через полгода попал в класс, где учились самые одаренные дети.

Я оказался в группе, состоящей всего из одиннадцати человек, в ней было десять парней и одна девочка. Вместе с ними мне приходилось учиться, но мы не смогли найти общий язык. И свободное от занятий время я проводил с двумя такими же немного странными студентами, с Алонзо Галеном и Доротеей Гури. Той самой девчонкой, что первой спросила о магии воскрешения.

Возможно, она была даже более странной, чем я, ну, или, по крайней мере, выглядела более странно. У нее не было бровей, они были словно сбриты или выщипаны, а очень короткая челка не закрывала и четверти лба.

Но назвать ее некрасивой было сложно и в первую очередь из-за огромных синих глаз и длинных ресниц.

У Алонзо тоже были красивые глаза, только карие, в остальном же ему не так повезло. У него был крупный нос, тонкие губы и огромный лоб, который с каждым годом пребывания в стенах школы становился только больше. Он был немного сутулым и часто носил спортивные костюмы, в которых выглядел как хулиган.

Доротея же, когда немного подросла, стала настоящей красавицей, правда, она оставалась такой же странной.

Брови она также сбривала, а вот волосы немного отрастила, и их концы почти доставали до ее плеч. Фигура ее осталась хрупкой, кожа бледной, почти белой.

Встречались мы трое обычно на пятом этаже на лестнице у окна, зеркал там почти не было, что мне нравилось. Недалеко от этого места была аудитория, в которой проходили занятия по исцелению. Большая часть студентов считала это помещение самым жутким в школе, поэтому в той части обычно было тихо и безлюдно.

А вот Доротея, как и все ее одногруппники, успела за три года учебы привыкнуть к стенам этого класса. Ее основной специальностью было исцеление, и в тот понедельник у нее как раз там был первый урок, а почти сразу после него она присоединилась к нам.

– Привет, – сказала она, когда подошла.

– Привет, – тихо произнес Алонзо.

– Привет, что-то ты долго.

– Нас немного задержали, – сказала Доротея.