Стрелок: Путь на Балканы. Путь в террор. Путь в Туркестан

– Естественно, – ухмыльнулся тот, – неужели ты думал, что я тебя одного брошу?

– Хорошо, что ты пришел, а то я думал, он нас зарежет!

– Этот мог! – покачал головой Дмитрий и, ни слова больше не говоря, вонзил штык в неугомонного турка.

– Спасибо тебе, братец, – подал голос второй солдат, – а то уж думали, так пропадем, без покаяния.

– Вот санитары – сукины дети! – хмыкнул Будищев, оглядевшись. – Это же надо, пропустили раненых. Ладно, давайте я вас перевяжу да поищу, на чем оттащить к своим. Федька-то он тощий, его и через плечо можно, а вот двоих – не осилю!

Рота Гаупта осталась в резерве и потому не участвовала в деле у Езерджи.

Многие солдаты как ни в чем не бывало, продолжали заниматься своими делами, другие наоборот – терпеливо ждали, что их вызовут и бросят в бой. Бывшие студенты были как раз из последних. Пошедшие в армию добровольно, они страстно желали принять участие в сражении, но судьба словно смеялась над ними. Оставалось только сидеть и ждать.

– Николай, – не выдержал Гаршин, – может статься, наш ротный уже получил какие-нибудь известия?

– Может, и так, – пожал плечами Штерн.

 – Но я ходил справляться всего лишь пять минут назад и не думаю, что за это время многое переменилось.

– Да, вы правы, простите…

– Полно, Всеволод, мы все немного нервничаем.

– Интересно, как там наши охотники? – задумчиво спросил Лиховцев.

– Если вы про Будищева, то уверен – с ним все в порядке!

– Как знать, – покачал головой Николаша, – я слышал команду Линдфорса придали стрелковой роте, и теперь они наверняка в деле.

– Вы уверены?

– Насколько в данной ситуации вообще можно быть уверенным. Все-таки забавная коллизия получается, господа. Наш приятель из грядущего всячески открещивается от участия в этой войне и совершенно не скрывает своего отрицательного к ней отношения. Тем не менее он регулярно оказывается в гуще событий и совершил для освобождения балканских славян куда больше, чем мы – трое добровольцев, вместе взятые.

– А ведь верно, – улыбнулся Алексей, – даже если то, что рассказывает о его похождениях Шматов, правда всего лишь на одну десятую, все равно он постоянно рискует жизнью и подставляет грудь под пули.

– При том что он терпеть не может эту фразу про грудь и пули, – засмеялся Николай.

– Мне кажется дело совсем не в этом, – задумчиво сказал Гаршин после минутного молчания. – Мне приходилось встречать таких людей ранее. Им все равно за что выступать на словах, лишь бы идти против течения.