Господин начальник

Идет из глубины веков! Вам известно, что Николай Первый каждое Рождество и Пасху квартальному надзирателю того квартала, где Зимний находится, по триста рублей высылал? Император!

– Да это анекдот.

– Никакой это не анекдот, а исторический факт. А не будете соблюдать традицию – не наладите с людьми отношений. А купечество – наша надежда и опора. Тот же Добронравов – гласный городской думы, благотворитель известный. Он и полицейскому управлению помогает – вот, в прошлом году кредита казенного не хватило, так он на канцелярию двести рублей выделил.

В этом году машинку печатную обещал купить. А вы ему – от ворот поворот. В общем, вот. – Помощник исправника достал из кармана сюртука уже виденный Таракановым конверт. – Вот вам сотня, и не смейте отказываться.

– Возьми, сынок, – мать стояла на пороге комнаты, – как раз на обмундировку. А то денег-то у нас совсем нет. Все, что было накоплено, на дохторов ушло да на лекарства.

6

На следующее утро Тараканов чувствовал себя уже совсем хорошо.

Штольц его внимательно выслушал, посмотрел язык, измерил температуру.

– Здоров. Вот только на службу выходить я бы не торопился. Побудьте дома еще пару дней, чтобы избежать возвращения болезни. Простуда чревата осложнениями, если ее не долечить.

Решено было приступить к исполнению обязанностей с понедельника.

В час пришел Кудревич.

Тараканов уже не лежал в постели, а сидел в халате в гостиной и читал газету.

– Ну вот теперь вижу, что молодец, совсем молодец.

 – Помощник исправника принес с собой в дом морозную свежесть. Щеки у него были красные, усы заиндевевшие. Глядя на него, хотелось выйти на улицу, взять санки и покататься с горки, как в детстве.

В этот раз Кудревич от обеда не отказался, с аппетитом откушал щей, съел большую тарелку каши с говядиной, выпил компоту из сушеной малины и сделал маменьке такой заковыристый комплимент, что та зарделась, махнула на гостя рукой и ушла в кухню.

– Вы как, Осип Григорьевич, после обеда спите?

– Нет.

У нас в семье не заведено это почему-то.

– А я, признаться, люблю в эту пору часок-другой Морфею посвятить. Но сегодня свой обычай нарушу. Давайте о деле поговорим.

– Я только и жду этого разговора.

– Опять я вам о деле докладываю в нарушение субординации, какая-то тенденция нездоровая, не находите? Шучу, шучу, вы не обижайтесь, у меня бывают шутки такие, своеобразные… В общем, слушайте.