Экспедиция в рай

Главпочтамт до востребования Абакумову готов полностью и номер комнаты».

Узнав домашний адрес Тимофеева и получив разрешение забрать на время записную книжку, Тараканов попрощался, попросив начальника при поступлении новых сведений ему протелефонировать.

* * *

Он уж было хотел нанять извозчика, и только запрошенные «ванькой» 50 рублей пыл субинспектора охладили. Тараканов взял штурмом трамвайный вагон и всю дорогу мысленно подгонял вагоновожатого. Дверь к начальнику отворил без стука. Но Маршалка в кабинете не оказалось.

На его месте важно восседал Розенблюм.

– Тараканов, тебя в гимназии стучаться не учили, что ли?

– А где Карл Петрович? – удивленно спросил субинспектор.

– Кончился твой Карл Петрович. Получил разрешение на выезд в свою Курляндию и тут же смылся. Но ничего, мы и без него справимся. Кстати, а ты какого черта занимаешься ожерельевским разбоем? Своих дел не хватает?

– Товарищ комиссар, так вы меня вроде от этого дознания не отстраняли. Я считал своим долгом…

– Не отстранял? Ты что, непонятливый? Если я тебе после возвращения из Каширы заданий по этому гранду не давал, значит – отстранил.

Долгом он своим считал! Этим делом занимается специально созданная группа, в которую ты не входишь. И нечего у людей под ногами крутиться, понял? Мы как-нибудь без вас, бывших, разберемся.

– Понял.

– А раз понял, то ступай, работай.

– Слушаюсь, – сказал Тараканов и вышел из кабинета.

О результатах своих поисков он начальству докладывать не стал.

Глава 5

Бывшие

Прошло несколько дней. 9 июня на утреннем совещании Розенблюм обратился к Швабо:

– Казимир Станиславович, собирайся, в Питер поедешь.

– Зачем?

– Затем. Раз говорю, значит надо. Вчера приказ пришел – послать в бывшую столицу сотрудника. Тамошние наши коллеги восстановили, как смогли, картотеку Центрального регистрационного Бюро царского Департамента полиции. Надо их работу обревизировать, принять все по описи, проследить погрузку в вагон и сопроводить до новой столицы.

Езжай, это дело как раз для тебя.

– Товарищ комиссар, а нельзя ли послать кого-нибудь другого? У меня жена серьезно больна, я не могу ее сейчас одну дома оставить.

– Разрешите мне съездить, товарищ комиссар? – подал голос Тараканов.

Розенблюм хотел было заупрямиться, но потом передумал:

– Черт с тобой, Тараканов, раз захотел, езжай. Только учти, они там уже конину есть начали. Что, не передумал? Ну тогда иди, оформляй командировку.