Тайна Святой Эльжбеты

У нас начальство за этим строго следит, да и сам я не таков. У меня мясная торговля в Туле.

– Интересно! А разве вам не запрещается?

– Запрещается, поэтому торговля на матушку оформлена. Я так считаю – уж лучше торговать честно, чем лихоимствовать. А царево жалованье действительно невелико. Вот и приходится правила нарушать. А с торговлишки сотня-другая в месяц к рукам прилипает.

Дела в Туле и правда шли неплохо. Тетка дело знала, капитал любимого племянника приумножала и регулярно отправляла ему долю в прибыли.

Да и духовную на него уже составила.

– Что же вы молчали, молодой человек? И Насте не говорили! То-то я смотрю: должность невелика, а одет так, как только состоятельный человек себе может позволить. Да и с большим вкусом. Я уж грешным делом подумала – напрокат вещи взяли, – будущая (как надеялся Тараканов) теща засмеялась. – Вы кладите себе варенье, кладите, не стесняйтесь. Настя, что же ты про мадеру забыла, что ли? А ну, неси! Или молодой человек чего покрепче предпочитает? Можно кухарку послать.

– Благодарю, довольно и мадеры.

Оставшаяся часть вечера прошла намного веселее. Кухарке все-таки пришлось сбегать еще за одной бутылкой. Генриетта Витольдовна продолжала расспрашивать Осипа Григорьевича, но вопросы задавала уже не в лоб. Узнав, что мать у Тараканова – домовладелица, потенциальная теща, успевшая к этому времени изрядно опьянеть, даже всплакнула.

– Вы меня должны понять правильно.

Я же доченьке своей только добра желаю. Сейчас молодежь какова – выскочат за первого встречного, а потом всю жизнь мучаются.

– Маман! Ну зачем вы? Мы с Осипом Григорьевичем только друзья.

– Да я разве против? Дружите на здоровье. Я чувствую, что Осип Григорьевич прекрасный человек!

Когда он уходил, теща, жестом остановив Настю, вышла вместе с ним в прихожую. Дождавшись, пока кухарка поможет надеть Тараканову пальто и удалится, она взяла надзирателя за пуговицу и заплетающимся языком сказала:

– Вы знаете, хоть это сейчас и не в моде, но тем не менее я имею классовые предубеждения.

Я всегда считала, что крестьянин дворянке – тем более титулованной – не пара. Но познакомившись с вами, я поняла, что ошибалась. Глубоко ошибалась. Вы к нам заходите, молодой человек, заходите как можно чаще. Мы вам всегда рады!

На улице Тараканов над словами Генриетты Витольдовны задумался.