Круг замкнулся

Зачем мне ее убивать?

– Ну, причины могут быть самые разные – ссора, ревность, корысть…

– Да я только вчера с ней познакомился, какая ревность, какая корысть?! У нее что, что-то пропало?

Пристав на вопрос не ответил, а задал вопрос сам:

– Вы к нам зачем пожаловали?

– Наследство оформлять. Брат у меня умер, Казимир Николаевич Кунцевич. Вы же наверняка его знали.

– Знавал, знавал вашего братца. Доставил он мне хлопот.

– Это каких же?

– А то вы не знаете! Братец ваш первым красным заводилой в городе был.

Во всех сборищах, во всех манифестациях – в первом ряду. Эх, были бы нонче другие времена, давно бы он у меня уехал соболей пасти.

– Больше он вас не обеспокоит.

Пристав промолчал, потом спросил:

– Значит, наследство. Велико ли оно?

– Дом с мезонином и два осминника земли с садом.

– Неплохо. А позвольте вас спросить, почему вы на гостиницу потратились, а не в унаследованном доме остановились?

– Я, знаете ли, привык жить с определенным комфортом.

А дом стоит несколько месяцев нетопленным, прислуги там нет, ну не стану же я сам печку топить и завтрак себе готовить?

– Понятно-с. И что с домом собираетесь делать – продавать или сами жить станете?

– Хотел продать.

– А может быть…

Кунцевич так и не узнал, что ему хотел предложить пристав, так как дверь открылась и в кабинет стремительно вошли два человека – седовласый, пожилой, грузный мужчина в форме исправника и судейский чиновник лет тридцати пяти, в очках в золотой оправе.

Пристав вскочил.

– Ну, как продвигается дознание, Василий Николаевич? – обратился к нему исправник. – Надеюсь, вам уже удалось довести господина Кунцевича до сознания?

– Никак нет-с, – с сожалением в голосе ответил Трубецкой.

– Очень хорошо.

– Не совсем вас понимаю, ваше высокоблагородие! Чего же здесь хорошего?

– А того, – вступил в разговор судейский, – что, как мы с Владимиром Силовичем выяснили, никакого преступления и не было. Вдова сама себя жизни лишила.

– Отчего же вы так решили, Андрей Сергеевич? – с ухмылкой поинтересовался пристав.

– А оттого, Василий Николаевич, – ответил вместо судейского исправник, – что надобно начальство слушаться, а не шашкой махать. Говорил я вам, чтобы вы не спешили?

– Я и не спешил. Опрос свидетелей показал…

– Опрос показал только то, что мадам Кошелькова провела ночь не одна, – перебил подчиненного начальник. – А вот осмотр места убийства показал намного больше.