Метро

Он видел фрагмент пилона и часть стены на другой стороне. Проблема в том, что если они оба пойдут проверять зал, то шансов у него нет. Непонятны их намерения, но Пустовалов не ждал ничего хорошего.

Через несколько секунд перед ним вытянулся конус светодиодного луча. Ярко осветив грань соседнего пилона, он переместился на бронзовое лицо Ленина, прошелся по другим пилонам, беломраморным просветам путевых стен и исчез.

Услышав громкие шаги где-то над головой, Пустовалов понял, что преследователь убежал в переход.

– Убежал, – прошептал Ромик.

– Тихо! – скомандовал Пустовалов. – Сейчас придет второй.

– Второй?!

– Будь готов, – бросил он Харитонову. – Этот пойдет сюда.

Пустовалов вспомнил о кевларовой сфере. Если Пустовалов не попадет в голову под баллистическим шлемом с первого выстрела, ему придется прыгать вправо, но шансов у остальных не будет.

Он был уверен, что если второй профессионал, то пойдет по центру, поочередно оглядывая пилоны, затем осмотрит платформы. Он двигался намного тише.

Только через полминуты раздались тихие шаги по платформе и через несколько секунд сдержанное дыхание совсем рядом.

Он медленно приближался. Его шаги глушили мягкие подошвы и правильная постановка стопы, но Пустовалов слышал шуршание одежды. Он, конечно, не слишком усердствовал – в конце концов, он имел дело с обычными пассажирами метро.

Пульс Пустовалова привычно замедлился. Он направил ствол «Вальтера» в то место, где примерно должна была появиться голова на фоне пилона.

В шлеме или нет? Высок он или нет? Глаза привыкли к темноте. Пустовалов поставил на высокий рост.

Раздался треск рации. Тихий, но совсем рядом. Четыре-пять метров.

Могучие легкие извергли слова на непонятном языке.

Пустовалов продолжал целиться в колонну напротив. Его беспокоило, что на другой стороне гораздо темнее, если он пойдет там, то…

В поле зрения показался кончик ствола. Пустовалов узнал винтовку FN SCAR-L. Автомат был направлен в их сторону. Он слишком медленно, чересчур медленно двигается для того, кто не знает, где они прячутся.

Он словно ждал, когда Пустовалов выглянет, но Пустовалов этого делать не собирался. Он не спускал глаз с кончика ствола, превратившись в статую стрелка. Пульс сократился до тридцати семи ударов в минуту.

На какое-то время показалось, что ствол автомата движется, но все расплывалось в полумраке. Может быть, там уже и нет никого? Он слышал дыхание, но не видел его. Текли секунды.