Слуга Сарадачи. Книга первая. Изгнание лжеца

Сам город Сэлтриван располагался намного дальше этого места, а если выражаться корректнее, глубже. Пересекая мост, что, к слову, сделать было не так-то просто из-за нещадно сдувавшего тебя в бездну ветра, человек натыкался на вторые городские врата, а минуя их, оказывался в широком винтовом туннеле, спускавшем своего гостя на многие сотни метров под землю.

Основным поводом для гордости, по мнению местного вождя, являлась абсолютная неприступность города. Оспаривать это заявление бессмысленно. Мост сводит на нет любое численное преимущество и прекрасно обстреливается из бойниц, осадные лестницы ставить попросту некуда, а применить катапульты или требушеты в столь ограниченном пространстве невозможно.

Остается только втупую таранить вторые врата каким-нибудь бревном, в лучшем случае обитым металлом, притом что сами они представляют собой массивную стальную решетку.

Однако кому вообще придет в голову штурмовать Сэлтриван? В крайнем случае достаточно попросту осадить мост, обрекая всех жителей города на голодную смерть.

Подытожив, можно смело заявить, что неприступность никому не нужного, хоть и, безусловно, огромного, склепа на краю света – весьма сомнительный повод для бахвальства, но таков был Урду. Спаситель севера начинал с того, что собрал под свои знамена самые крупные местные деревни, после чего промышлял грабежами мелких разрозненных селений. Однако долго прожить разбоем в этих краях невозможно. Те, кого можно убить и ограбить, быстро закончились, а налаживать торговлю с южными городами или как-либо развивать собственный народ Урду был интеллектуально не способен.

Потому в мировой картине он являлся обычным полоумным, властвующим над промерзшими пустырями.

Судьба жестокого тирана казалась очевидной, однако ситуация резко изменилась, когда он каким-то образом сумел в мгновение ока создать такой подземный город, как Сэлтриван. Ни одному, даже самому просроченному чародею подобное могущество и не снилось, а впечатлительные северяне, воочию узрев столь великую силу, разумеется, возомнили его божеством.

Власть безумца стала неоспоримой, а жажда крови – неутолимой.

Сейчас взор Урду упал на земли, простирающиеся южнее горных хребтов, климат там куда благоприятнее, а деревни – зажиточнее.

Правление в Сэлтриване спаситель севера разделил на две руки. Правая – стража, они следят за порядком и являются по совместительству подобием регулярной армии.