Приключенцы: пролог

Он откинул непослушную прядь светлых волос, а его большие, редкого золотистого цвета глаза уставились в пол.

– Мой учитель, наверное, обходился с Вами грубо… Не держите на него зла, просто, отец Витус не очень жалует чародеев, – проговорил юноша, теребя край своей рясы.

– Взаимно, – проворчал Слай, – Да ты не переживай, мы сюда не за любезностями пришли.

– Точно! Я сейчас…

Послушник убрал книгу под стопку бумаг, встал и едва не споткнулся о бесконечные складки своей одежды, которая сидела на нем совсем уж аляповато.

– Так вышло, что похоже я сломал ребро, – начал Дхол, – Можешь вылечить?

Пока он говорил, а юноша суетился, маг совершенно бесцеремонно плюхнулся на освободившийся табурет и принялся рассматривать книги, стоящие на полках. К его удивлению, все они были по медицине, и никаких священных текстов в келье не наблюдалось.

– Да, пожалуй…

– Пожалуй? – переспросил воин.

– Да, я смогу! Снимайте доспех, я Вас осмотрю.

– Давай на «ты», – Артем принялся расстегивать ремешки, удерживающие нагрудник.

Тоже самое он проделал с набедренниками и наголенниками, после чего отстегнул рукава и остался в черной холщовой рубахе на шнуровке, штанах из того же материала, да в кожаных сапогах, которые, судя по их состоянию, успели повидать приличное количество дорог и тропинок.

– Рубашку тоже с… сними.

– Ага, – воин потянулся к шнуркам и только теперь заметил, что на его руке чего-то не хватает, – Ах ты, рыжая стерва!

Маг оторвался от созерцания книжной полки и вопросительно посмотрел на друга. Артем молча показал левое запястье.

– То-то она к тебе обниматься лезла, – довольно спокойно отреагировал Вадик.

– Найду и убью! Черт, мы даже имени ее не знаем! Черт! – дальше шел поток отборной нецензурной лексики.

Послушник удивленно разглядывал разъяренного пациента, не решаясь что-либо сказать.

– Да успокойся ты, – Слай улыбнулся, – Найдем как-нибудь. Давай сперва с тобой разберемся.

– Ну я ей устрою! – не унимался Артем.

– Извините, – прошептал юноша, – Я…

– Да сейчас! – Дхол резко стянул с себя рубаху, потревожил сломанное ребро, и тут же зашипел не то от боли, не то от раздражения. – Приступай!

Послушник принялся осторожно прощупывать бок воина, пытаясь причинить ему как можно меньше неудобств.