ЗОЛОТОЕ ТОПЛИВО

Язык его в мгновение сковало, и охваченный ужасом от такой дикости человек уже не мог выговорить ни слова. Он лишь растерянно простонал от того, что ему приходилось видеть.

На небесного повелителя уже никто не обращал никакого внимания. Всё это предстало пред глазами инопланетного наблюдателя словно происходящее в неприятном сне. Тальверу казалось, что он даже не слышит голос что-то громко кричащего верховного жреца с рядом находящейся к балкону возвышенности. Тот уже явно вовсю был охвачен исполнением своих «обязанностей».

Фетиль же всё это время поглядывала на своего возлюбленного с неподдельной радостью, после чего вдруг поняла, что тот странным образом потерян и явно недоволен сим зрелищем.

С конца прохода показались несущие дрова, а вслед за ними идущие друг за другом быки, овцы, кабаны, ведомые служителями храма.

– Останови это всё, прошу тебя. – Вымолвил ошарашенный мужчина, повернувшись к Фетиль, раздвигая руками в стороны, показывая, что, дескать, ему не нужно ничего от этих людей.

Та мигом всё поняла и кивнула головой.

– Эй, Ваше Преосвященство! – Громко воззвала она к верховному жрецу. – Ваше Преосвященство!

Тот поднял глаза и, увидев зовущую его избранницу небесного господина, посмотрел на ту внемлющим взглядом.

– Прекратите жертвоприношение! – Пыталась докричаться девушка до старца, но тот только потирал своими ладонями уши, обозначая тем, что не слышит принцессу. И то никому бы не показалось удивительным: в народе поднялся великий шум.

Тальвер уже успел вспотеть до такой степени, что одна капля упала с его носа на пол.

– Стой! – Повелительным гласом воззвал верховный жрец, догадавшись в последний момент, что хотела донести до него Фетиль. Та с исключительной выразительностью на лице раздвигала руками в стороны и мотала головой, громко взывая к старцу, и тот наконец ответил той, слегка кивнув головой и подняв палец вверх, попросив тем самым подождать Её Высочество секунду.

– Его Небесное Величество не желает жертвоприношений! – Воззвав к народу, сообщила Фетиль.

– Отставить жертвоприношение! – Послышался гул в народе. – Небесный господин сказал!

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Последующие дней пятнадцать ничего не затевалось. Правда, стоит сказать, что Тальвер так и оставался царем. Его кормили, одевали, предлагали душ, в общем, всё делали для его блага. Тальвера такой расклад вполне устраивал.