Паутина миров. Империя. Книга 2. Маг

– Как прикажете, ваше сиятельство, – буркнул Райни, и надпись исчезла.

– Я приказываю освободить от прямого подчинения и передать его в подчинение империи. Барон, ты не имеешь права лишить его наследства до тех пор, пока не женишься и не заведешь ребенка. Кроме, естественно, случаев предательства как личного, так и империи.

– Подчиняюсь, – с поклоном ответил Хикент.

– Отлично, с данного момента и вплоть до разрешения дуэли я объявляю Майкла Хикента свободным стражем, несущим волю Длани. У кого есть вопросы или возражения?

– Прошу прощения, ваше сиятельство, – сказала Энмира, глубоко поклонившись, – но я не могу принять вызов.

У меня есть обязательства перед его отцом, заключена сделка.

– А тут уж, голубушка, решай. Как мой заместитель и преподаватель академии ты обязана ответить на вызов, и это я тебе не как граф говорю, а как ректор. Решай сама. Что тебе важнее – не нарушить условия договора или не лишиться доступа к Источнику? Может ли барон тебе предложить что-то равноценное тому, что ты получаешь, будучи служащей?

– В первую очередь здесь дело не в выгоде, а в соблюдении договоренностей.

До этого момента я всегда исполняла свои клятвы и угрозы. И не собираюсь прерывать эту традицию.

– Меня устроит любой вариант, – усмехнувшись, сообщил Вейшенг, – откажешься от источника. Согласишься на дуэль и убьешь мальчишку. Проиграешь. Даже если молодой страж струсит и отзовет вызов. Я в любом случае извлеку из этого выгоду. Хотя последние два мне нравятся меньше предыдущих.

– Раз вы считаете, что я могу проиграть, – губы Энмиры растянулись улыбкой, в которой яда хватило бы на стадо быков, – я прошу десять дней, чтобы подготовиться и решить все незакрытые дела.

– Разумно, – кивнул лорд, будто не заметив выражение лица магички. – Майкл Хикент, твой вызов засвидетельствован и принят. Бой состоится через десять дней, в полдень, на большой арене Урата. Если, конечно, ты не откажешься от своих притязаний.

– Благодарю вас, ваше сиятельство. Постараюсь сделать так, чтобы и следующее представление вам пришлось по нраву, – ответил я, склонившись в глубоком поклоне.

Последние силы покидали тело, и удержаться на ногах оказалось не так-то просто. Хорошо хоть, Васька помогла устоять.

– Спасибо, ваше благородие, – сказал Хребет, полностью выговорив обращение, – не знаю, как вас и благодарить. Думали, уж совсем на арене сгинем. А так хоть в войска вернемся. Живы, одеты да при деньгах.

– Ты о чем? – не смог сообразить я.