Паутина миров. Славия. Книга 3. Отступник

– Два-пять-семь. Стоять. Хочешь штраф за неисполнение приказа получить? Твое право, – ответил старшой, – только нас в это не втягивай.

– Ну и пошел ты, – фыркнул я, отправляя бота вперед. Динамики исправно передавали шуршание листьев в слабом ветре и цокот углеродных лап по асфальту. В этот раз мне достался паук. Выбирать не давали, хотя куда больше мне всегда нравились пчелы и шершни. Но у квадриков быстро заканчивался аккум и приходилось возвращаться на дозаправку.

А если приходилось залетать в зону Забвения для удара током, то и вовсе можно было потерять дрона вместе с вознаграждением даже за успешную операцию.

У гусеницы и паука таких проблем не было, просто по природе устройства, но пауки были чуть быстроходнее, хоть заряда было и поменьше. Но с нашей простой задачей – войти в серую зону, найти ядро, несколько раз пульнуть высоковольткой – справляться было легко.

Даже не понимаю, за что платили деньги? Лучше бы вместо этого игровой процесс усовершенствовали, добавили ракеты и бои друг с другом, а не только с непонятным ядром, которое приходилось искать часами по квартирам.

За последние, к слову, дизайнеров интерьеров нужно было премировать, было настолько реалистично, что иногда казалось, что это вовсе не игра. Только вот слишком все было статично. Даже ветер почти отсутствовал.

Пока думал – подполз к открытому люку БТРа, что уже было странно, учитывая, что для нужд дронов было специальное окно с индикатором свой-чужой. Изображение с камеры становилось все хуже, и я даже протер экран, чтобы убедиться, что это не у меня пыли много.

Четыре силовых доспеха все еще находились внутри бронемашины. Едва различимые красные светодиоды подсвечивали серые лица бойцов под толстыми стеклами шлемов.

Стремительно теряя последние проценты заряда батареи, я подобрался ближе в попытке понять, что происходит. Возможно, новый сценарий наконец появился, и я получу глобальный квест. Но бот был слишком неуклюжим и стукнулся о ближайшего военного. Я никогда не видел ничего подобного, и, черт возьми, не хотел бы смотреть на это снова.

Тело внутри изолированного скафандра начало распадаться пылью, а через мгновение связь оборвалась.

Темнота в комнате явственно говорила, что в отключке я провалялся слишком долго. Сны, смешанные с бредом, слегка отпустили, но тело еще колотило. Несмотря на бьющий меня озноб было тепло и даже уютно, хотя чертовски тесно. Как это произошло, я понял спустя несколько секунд.