Убить Первого. Книга 1

Ведь, попав в академию, да ещё и в отдельную комнату, юноша наверняка столкнётся с учениками из благородных семейств! А для него, бедняка без капли дара, вынужденного влачить своё существование, прислуживая в лазарете, приобщиться хоть немного к одной из великих семей было пределом мечтаний! Пределом, которого уже достиг никому не известный мальчишка из деревни только потому, что чуть не умер и мог читать на древнем наречии. И имел дар. Да… именно наличие дара отделяло их друг от друга непреодолимой пропастью.

Горбатый вздохнул, очень грустно и очень тяжело, разом постарев на несколько лет. Эдван посмотрел на него, удивлённый такой резкой сменой настроения, однако, как ни гадал, так и не сумел понять её причины. Мужчина смерил паренька колючим взглядом, немного помолчал и потянул обратно к комнате, которую требовалось освободить к вечеру.

Сбор вещей не занял много времени: все пожитки Эдвана уместились в маленький мешок, который горбатый закинул к себе на спину, после чего, заперев комнату, повёл юношу к новому жилищу.

Впервые за всё время жизни в городе горбатый испытал крайне странное и незнакомое ему чувство – жгучий стыд, но не за себя, а за другого человека. Эдван вёл себя как слепой, который научился видеть. Он вертел головой во все стороны и восторгался практически всем, на что падал его взор. Огромный забор, ограждающий лазарет, само большущее здание, оживлённая улица, на которой болталось множество людей, проходящий мимо отряд стражи с копьями наперевес.

А когда они подошли к площади перед Военной академией… статуя великих основателей в её центре произвела на паренька куда большее впечатление, чем сам комплекс зданий за огромным забором. Эдван даже заставил горбатого остановиться перед монументом, чтобы как следует рассмотреть его, а прохожие со снисходительными усмешками поглядывали на эту парочку, застывшую в самом центре площади.

Но Эдван, казалось, совсем не замечал этих взглядов. Он ещё никогда не видел статуй – в его деревне их просто не делали. Некому. Здесь же… монумент трём основателям города выглядел очень величественно. Суровые мужчины в доспехах, что стояли в героических позах, словно готовясь защитить академию за их спинами от любой напасти. Имена этих людей были выгравированы на постаменте – что примечательно, на древнем языке.