Из пепла

Всех приехавших по зову короля собирали в подземелье дворца и Тельварт проследовал за агентом тайной полиции, предложившим свои услуги сопровождения. Мужчина был вооружён и Одаренный ощутил, как от него разит нервозностью. Тяжелое, отрывистое дыхание, случайные движения пальцами, сглатывание – всё говорило, что агент полностью осознаёт опасность, которой подвергается дворец, когда в его подземельях собирается столько исследователей Тени.

«С другой стороны, вряд ли обычные агенты имеют понятие о том, что здесь происходит» – задумался Тельварт, но его мысли прервались хриплым откашливанием сопровождающего.

– Прямо по коридору до окованной железом двери, за ней направо до следующей двери – там будет зал, в котором проходит собрание, – отрапортовал агент. – Мне дальше нельзя.

Тельварт проследовал вперёд, как посоветовал ему агент и открыл массивную, скрипучую дверь. Из коридора пахнуло затхлым запахом подземелья, а его взгляду предстала развилка, состоящая из трех длинных и узких коридоров, проходы двух из которых терялись во тьме.

В голове Одаренного вдруг промелькнула мысль, что, если вдруг придётся сбегать из подземелья уже не в качестве дорогого гостя, нужно будет сначала вытрясти разум одного из агентов на предмет подробной карты. Он бывал в подземных тоннелях Крескентиума, растянувшихся на многие километры молчаливой черноты, и не собирался бродить в затхлой тьме под Лотером наугад.

Одаренный повернул направо и, открыв очередную дверь, на мгновение потерял дар речи.

Его нелегко было удивить, но Аристиду, пожалуй, это удалось.

Перед Тельвартом открылась огромных размеров лаборатория. Освещённая резким белым светом из стеклянных сосудов на стенах, она поражала воображение: с десяток письменных и рабочих столов, заставленных колбами и ретортами всевозможных форм и размеров, перегонные кубы, ректификационные колонны, а многие из устройств Тельварт и вовсе видел впервые.

Но главное – не меньше дюжины людей: от молодых мужчин до самых глубоких старцев, которые сновали по лаборатории, споря друг с другом, выхватывая со стоящих по периметру лаборатории полок пыльные фолианты и безошибочно открывая нужные страницы.

Над колбами поднимались разноцветные пары, а на некоторых столах лежали иссечённые человеческие останки. В воздухе веяло мудростью, тайнами и будоражащими кровь открытиями.

– Завораживает, не правда ли?

Тельварт вздрогнул, оторвав взгляд от лаборатории, и перевёл его на источник голоса.