Вечность и Тлен

Толпа поредела, и вот уже можно было протиснуться к самому центру, к границе импровизированного полукруга, где стоял приезжий служитель храма.

А выражение лица его становилось всё более доброжелательным. Казалось, будто он одновременно понимает и укоряет. И это имело поистине неожиданный эффект – совсем скоро люди почти замерли, покидающих площадь перед храмом становилось меньше. Спустя несколько секунд раздался дрожащий голос:

– Это действительно поможет?

– Святые своевольны, – вздохнул мужчина. – Легенды учат нас этому.

Но я уверен, что Самоотверженная Сара примет нашу жертву и мы получим знак, – пообещал он.

Раздался шорох ткани – Люций сложил ладони на груди.

– Время идёт, а мир не меняется, – прошептал теневой див. Его голос отрезвил.

– Совершенно не меняется, – согласилась я с ним. Мне казалось, мир становился даже хуже. – Нам надо остановить священника.

Я раздумывала о том, как расчистить улицу. Людей необходимо было отправить по домам, ведь проблема толпы в том, что её тяжело утихомирить.

Она как стихия, которая не готова слушать уговоры. А если кто-то узнает нас, станет лишь хуже.

– У тебя есть бумага для печатей? – Я оглянулась на дива, как только в голове появилась идея.

– Конечно, – отозвался Люций, вытаскивая из мантии и передавая мне пустой лист бумаги. На удивление, у дива нашёлся даже грифель. Хотя последний использовали для печатей с неохотой. Лишь в дороге, когда под рукой могло не оказаться чернил. Для знаков важна непрерывность линий, поэтому грифелем необходимо было обводить нанесённые символы, а это трата времени.

Я склонилась, положив лист прямо на брусчатку и закрыв своей тенью. Изначально я хотела использовать другую печать, одну из самый простых, и ограничить её воздействие, чтобы её сила никого не сожгла. Но в тот момент, когда грифель коснулся поверхности, в голове вспыхнул другой символ – сложный, с множеством чёрточек, и вот моя рука уже выводила эти линии, всплывшие из глубин памяти. Я знала, что эта магия тоже огненная и подходит в нашей ситуации гораздо лучше.

Вот только не понимала, когда и где изучила столь трудный знак. Взглянув на хитрые витиеватые линии, скрывавшие в себе тень прошлого, нахмурилась. А после поднялась, доверяя своей интуиции. Оглянулась на лица, по которым скользили пламенные отблески свечей, вынесенных на улицу из храма. Посмотрела на широко распахнутые глаза людей с поблескивающими от огня белками. Здесь были даже дети, вместе с родителями слушавшие эту ересь.