Небо – мой дом

Очередь окружила универмаг в три кольца. За несколько дней весь город поделился на красных и черных. В нашей компании мамы купили всем пацанам черные костюмы. И только Скворцу достался красный. Вскоре этот кудрявый толстяк стал нам сильно не нравиться. Пацаны начали ссориться со Скворцом, ставили под сомнение все, чтобы он ни сказал. Вскоре нарушитель формы одежды пропал.

– Видел этого козла на Космонавтов, – сказал как-то Балабан. – Переметнулся, сука, к красным!

Мы назвали нашу банду в черных костюмах «Таталия».

Это звучное название Балабан вычитал в книге Марио Пьюзо про итальянскую мафию. Работали мы точечно. В начале девяностых «комки» открывались на первых этажах жилых домов. Непуганые предприниматели решеток еще не наваривали, сигнализаций не ставили. Двое членов «Таталии» заходили в комок перед закрытием. Первый отвлекал продавщицу просьбой показать товар с дальней полки. Второй незаметно открывал задвижку форточки. Ночью мы возвращались к беззащитному магазину. Тощий как прут Балабан проникал через форточку внутрь. Остальные принимали товар снаружи. «Таталия» свозила награбленное коммерсу, который не задавал вопросов. Делюга расплачивался деньгами или ваучерами. Общак хранили в штаб-квартире, оборудованной в заброшенном доме. Сейф находился внутри антресоли. Вскоре бабла стало так много, что дверь не закрывалась. Когда мы нуждались в деньгах, то просто открывали дверь антресоли. Бабки сыпались на голову.

Однажды зимой Балабан, Кафтан и я пошли на дело. Погода как нельзя лучше подходила для криминала, поднялся буран.

Для отвода глаз я прихватил собаку – кокер-спаниеля по кличке Пепси. Вместе с ней занял наблюдательный пост на углу дома. Кафтан подогнал санки к окошку. Балабан запрыгнул на подоконник, выдавил форточку внутрь, проник в комок. Круг света от карманного фонаря блуждал по полкам, выхватывая то влюбленных на коробках жвачки Love is, то Шварца с пулеметом на стене.

Снег залеплял глаза, поэтому я не сразу заметил, как белый вихрь на углу загустел, вылепился в трехглавый силуэт.

Главная голова этого Горыныча располагалась как надо – по центру, а две поменьше – по бокам. Я выкрикнул условленный сигнал тревоги: «Пепси! Ко мне!» Кафтан вжался спиной в обглоданную ветром стену. Выдвинул из рукава пуховика острие кортика. Оружие Кафтан выменял на литр спирта Royal у отставного моремана на прошлой неделе. Из бурана материализовалась дородная женщина в каракулевой шубе с двумя пузатыми сумками в руках.