Я превращу твою жизнь в ад. Герадова ночь

Изо рта вырвалось облачко.

«Скорее всего первое…» – решила я, вспомнив, как в прошлом году видела темную зелень под серебристым слоем внезапно выпавшего снега.

Когда Даниэль распрямился, помимо шеста в чехле он сжимал темный сверток размером чуть больше энциклопедии – тяжелый, толстый, примерно таким фолиантом я била подругу где-то в шестом или седьмом классе. Делала я это не со зла, несильно и даже скорее из благих побуждений, просто в то время она повадилась ругаться крепкими словечками, а я, как невинный цветочек одуванчик, занималась ее воспитанием.

Некромант шумно выдохнул. Встав на носочки, я заглянула ему через плечо.

– Что это? – Содержимое свертка удивило меня.

Даниэль повернул голову, а я едва не чмокнула его в щеку.

– Наши маски, – прошептал он, уголок его губ приподнялся. – Ридж постарался.

– Черт! Он что, сам дырки для глаз вырезал? – В выпуклом черном овале из твердого материала размером немного больше головы были проделаны две прорези для глаз.

Взяв одну из масок, я подняла ее в воздух, внимательно рассматривая работу Ловеласа.

– Да, ножом выскреб, – холодно подтвердил Лефевр.

– Ты видишь? Завязки приделал. – Я подергала за веревку и убедилась, что держится она крепко.

– Тебе нравится? – бесцветно спросил некромант, покачивая в ладони маску-самоделку.

– Не особо. Но мы должны оценить все его старания и фантазию, – простодушно откликнулась я, с сомнением посмотрев на черный полукруг.

Лицо Даниэля расслабилось, приобретя некую мягкость. На самом деле фантазией в этой самодеятельности даже не пахло. Но теперь Ловелас мой должник, я спасла его от мести.

Глава 10

Оплошность

– Кладбище и несколько корпусов академии исключаются, – сообщил некромант. Теперь я понимала, для чего он оживил птицу – чтобы узнавать информацию со стендов с картами, не приближаясь к ним.

За прошедший час мы никого не повстречали – оживленцы Даниэля, кроме шепчущего насильника, пусть и пропали из виду, но исправно справлялись с угрозами.

– Они сами сбегают, завидев скелет. Смерть пугает людей. Один ее вид вводит их в слепой ужас, – процедил Даниэль.

Временами глаза Лефевра окутывал красный туман, пробирающийся сквозь маску, и в эти моменты я прятала взгляд, но отчетливо понимала: он смотрит, видит мир чужими глазами.

– Но на них уже попытались напасть?

– Нет. Пока никто, – скупо бросил он.