Эхо Безудержной Радуги

Дай знать, когда приедешь, – поспешив к выходу, оборачиваясь и не отрывая от Анжелины глаз, словно видит ее в последний раз, крикнул Дэвид.

– Хорошо, значит до встречи, – всё с такой же милой улыбкой ответила Анжелина.

Двери сомкнулись за спиной Дэвида, и автобус покатил дальше по трассе. Он долго смотрел вслед отдаляющемуся транспорту, пока тот не скрылся за горизонтом. До выходных еще так далеко, а ему уже так хочется снова увидеть её.

«Неужели это и есть любовь?» – подумал Дэвид и быстро зашагал по направлению к черной пасти с вывеской «Джонсон и КО».

* * *

Когда Дэвид вбежал в рабочий офис, на часах было уже десять минут девятого. Утренняя планерка была в самом разгаре. Норрингтон и Бритни уже горячо что-то обсуждали, Марта внимательно слушала.

– Здравствуйте, – поприветствовал всех собравшихся Дэвид и поспешил к своему столу.

– Привет, – отозвалась Марта.

Бритни прервала свой монолог и укоризненно посмотрела на него.

Норрингтон, находящийся к Дэвиду спиной, обернулся.

Лицо его выражало недовольство.

– Ну и как это понимать? – Норрингтон ткнул указательным пальцем на часы на стене, – десять минут вообще-то уже.

– Автобус, – виновато ответил Дэвид, – задержался.

Бритни высокомерно покачала головой и хмыкнула.

– Десять процентов, – отчеканил командирским тоном босс, – минус десять процентов.

«Да хоть пятьдесят! – стискивая зубы, подумал Дэвид. – Старый скряга! Плевать, это того стоило! Повторись это утро еще раз, я бы поступил точно также!»

Норрингтон поднялся и направился к выходу.

– Все за работу, к концу дня зайду.

Целый день Дэвид выписывал договора, справки, печатал документы, отвечал на звонки, а в голове была только одна мысль – о Анжелине. Она не покидала его ни на минуту, ее личико и улыбка упрямо стояли прямо перед глазами. Он и не заметил, как прошел день. Сдав отчет Норрингтону, Дэвид попрощался с Бритни и Мартой, и, спустившись на улицу, медленно побрел домой.

* * *

Каждый вечер, на протяжении всей этой недели, Дэвид пытался набраться сил, чтобы осмелиться позвонить Анжелине или хотя бы написать, но в последний момент его постоянно что-то сдерживало.

Он боялся показаться ей навязчивым или позвонить не во время и отвлечь ее от, куда более важных дел. С их первой, и пока единственной встречи прошло уже несколько дней.

С трудом отработав неделю до конца, он в предвкушении ждал завтрашнего дня. Завтра выходной, а значит, она должна приехать, думал он.