Кель и Джил. Тайны древних

Время для них сейчас тянулось точно густой мёд, которого чересчур жадный медведь попытался зачерпнуть из улья побольше, чтобы успеть как следует попировать и сбежать прежде, чем на него обрушится ярость целого роя взбешённых пчёл. Впрочем, ситуация образовалась схожая, но пока что оставалось неясным, кто же примет на себя роль зверя.

Наконец, Разноглазый не выдержал и, отведя взгляд, бросил довольно твёрдым тоном:

– Как она? – Он попытался сделать так, чтобы вопрос прозвучал максимально отрешённо, но не сумел скрыть некоторой виноватости в голосе.

Так или иначе, понурым он не выглядел, как минимум потому, что его брови всё ещё оставались грозно сдвинутыми.

Старец посмотрел на него с надменностью и лёгким презрением, и ответил снисходительно, почти насмешливо:

– О, выходит, твоё сердце зачерствело не настолько, насколько я полагал?

Молодой участник разговора стрельнул в сторону собеседника разноцветным взглядом:

– И что, по-твоему, не так с моим сердцем, интересно узнать? – Вкрадчиво уточнил тот.

– Что ж, раньше я полагал, что по твёрдости и цвету оно могло бы посоревноваться с углём, что добывают в шахтах. Теперь же, скорее, с краюхой чёрного хлеба, по нелепости потерянной за печью полтора года назад. – С напускной угодливостью пояснил старец.

Разноглазый ничего не ответил, только слегка кисло скривился, что в сумраке комнаты было почти невозможно заметить.

Тем не менее, седобородый сумел углядеть этот момент, и, высокомерно хмыкнув, добавил:

– Если тебе и вправду интересно положение её дел, то чего же сам тогда не наведался, чтобы осведомиться лично? Тебе пришлось бы выделить на это совсем немного времени.

Разноглазый резко поднял голову, на секунду в его взгляде вспыхнул вызов и готовность ввязаться в перепалку, но в следующий же миг внутри него что-то слегка надломилось, и, протяжно выпустив воздух через ноздри, он говорил смиренно, но всё же с некоторым напором:

– Не было возможности. Сейчас я стараюсь не терять ни минуты, сам понимаешь.

 – Разноглазый скрестил руки на груди, всем своим видом демонстрируя уверенность в собственной правоте.

Старик хмыкнул, и сжал в кулак руку, до сего момента мирно покоившуюся на каминной полке:

– Когда-то мы потратили на тебя уйму времени и сил, и вот как ты решил нас отблагодарить? – Уголок его рта еле заметно приподнялся, однако, это сильно отразилось на его внешнем виде, и теперь он выглядел торжествующе. – Но теперь пришёл твой черёд. Пора возвращать долги.